Послышался шелест и шорох шёлка. По лестнице сбежала зеленоглазая королева.
Она прижала к себе Алёшку и тихо прошептала:
– Всё равно ты останешься моим любимым сыночком! Даже когда ты навсегда вернёшься в свою страну, и мы уже никогда, никогда…
– Знай, дитя моё, этот ключ навсегда потеряет свою волшебную силу, как только ты откроешь им эту дверь, – сказал Седой Король. – Один раз он помогает войти в сказку и один раз помогает выйти из неё. Но я вижу, ты уже всё решил…
Дрожащей рукой Алёшка взял волшебный ключ и вставил его в замочную скважину.
В последний раз он оглянулся на Седого Короля и зеленоглазую королеву. Королева склонила свою светловолосую голову на грудь Короля. Они стояли, крепко переплетя пальцы. Печаль и вместе с тем нежность светились в их глазах. Алёшка улыбнулся им в последний раз, чувствуя, что сказал этой улыбкой всё, что хотел…
Алёшка повернул ключ, дверь беззвучно отворилась. А за дверью было вот что…
– Ну, здрасте! Постель не разобрал, лёг на диван прямо в кедах, в куртке! – послышался над ним сердитый мамин голос.
Алёшка открыл глаза.
– Мама, мамочка! – Алёшка приподнялся, обнял маму за шею и прижался к ней. – Как я по тебе соскучился, мамочка, моя мамочка!
– Ну, что ты, родной, – оттаяла мама. – Да я всего-то одну ночь у тёти Вари переночевала. Ты же не маленький.
Какое у мамы доброе лицо, родное! Алёшка ещё крепче обнял её.
– Если бы ты знала, мамочка…
– Что случилось, солнышко моё? – встревожилась мама. – Ой, чем ты меня царапаешь?
И только тут Алёшка увидел, что он сжимает в руке волшебный ключ. Как ослепительно он сверкал в утреннем свете, разбрасывая по всей комнате разноцветные лучи.
Глаза у мамы широко раскрылись от удивления.
– Откуда это у тебя? Да это же… Да это же… музейная вещь! Где ты его взял? И всё настоящее? И камни настоящие?
Алёшка кивнул. Рассказать маме или нет? Ведь не поверит, ни за что не поверит, ни одному слову. Подумает, я с ума сошёл.
– Ясненько! – кивнула мама. – Ты выходил во двор. Вот почему ты такой грязный! Там дом ломают с утра чуть свет. Дом старый, ему лет сто или двести. И там ты нашёл этот ключ.
Алёшка бросился к окну посмотреть на старый дом. Но собственно дома уже не было. Последние самосвалы вывозили битый кирпич и мусор.
А мама продолжала возбуждённо говорить:
– Это был клад. Может, там ещё что-нибудь было, но ты нашёл ключ. Кто-то спрятал его в стене. Давным-давно. Никто уже не знает, не помнит. А ты нашёл.
Алёшке почему-то стало грустно. Нет старого дома, не зажжётся вечером таинственным светом голубое окно на втором этаже. Нет Елены. Её золотые волосы. И как она говорила: вот подрастём и…
– Пожалуй, я к Варюхе сбегаю, – сказала мама и добавила просительно: – Ты меня отпустишь? Совсем ненадолго. Только покажу ей ключик и сразу назад. А ты пока пирожки ешь. Они в холодильнике, в коробке из-под торта. Это тебе тётя Варя прислала. Ладно, сыночек? Я скоро вернусь, честное слово. Надо же ей рассказать. Ведь не каждый день клад находишь, правда, Алёшенька?
«Пусть она пока так думает, – решил Алёшка. – А потом, когда-нибудь вечером мы заберёмся с ней с ногами на диван, потушим свет… И я ей всё расскажу. Вечером, на диване, в темноте, она мне поверит. И про Седого Короля расскажу, и про зеленоглазую королеву. И про Елену, и про Елену…»
