Шок, а за ним и волна стыда заставили его замереть. Элия знала, но ведь об этом ей сказал Марс, и никто другой. Что же еще у них общего?
Бан безмолвно приоткрыл рот. То, что они находились сейчас вместе в одной кровати, означало еще одно предательство этого благородного ареморского правителя. Но ведь Бан любил Элию!
– Я… – Бан захрипел. Он сглотнул, пытаясь найти объяснение, которое удержало бы ее в его объятиях. – Я… Мне нужна Аремория, и я должен их уважать. У меня здесь ничего подобного не было, и даже ты… даже ты отпустила меня. Лис – звучит громко, и меня им признали. Не как бастарда, а как солдата. Даже как друга.
– Я уважала тебя. Ты был мне нужен.
Старая боль поднялась в горло Бана и вышла со словами:
– Ты мне не писала, – прошептал он, как ребенок. – Ты никогда не писала мне все то время, что я был в Аремории. Я думал, ты любишь меня, но ты меня отпустила. Потому что так тебе приказал отец!
– Мне не следовало этого делать. Мне очень жаль, Бан. Я не знала, насколько ты одинок. Насколько покинут. Неудивительно, что ты сдал себя Моримаросу, бросив Иннис Лир.
– Я сделал это не для того, чтобы покинуть Иннис Лир! Я сделал это для Моримароса. Он просил меня. Моримарос обращался со мной так, словно я этого стоил.
Элия нахмурилась, и Бан увидел борьбу, с какой она пыталась удержать его взгляд. Она тоже, должно быть, думала сейчас о Марсе, голая и липкая от совместного с Баном времяпрепровождения в этой кровати. Он отчаянно хотел спросить, что было бы между ними, если бы они дали обещания.
Наконец, Элия тихо вздохнула.
– Я знаю, Моримарос хорош, Бан. Лучше Коннли, лучше моего отца, но он все еще король Аремории. Он хочет… – Элия вновь отвела взгляд. – Он тоже хочет жениться на мне, и я верю, он не лгал.
– Иннис Лир. И ты.
– Верно.
– Он будет королем Иннис Лира, если ты выйдешь за него замуж. Даже если он поклянется не осаждать Иннис Лир, твои сестры воспримут это как акт войны. По крайней мере, Риган, с которой я провел эти последние недели. И все знают, что Гэла ищет причины для борьбы.
– Так что же мне делать, Бан? Услышат ли сестры меня? Они отравлены ненавистью. Я пыталась убедить себя, что они будут слушать, но ты здесь и… Бан. Я очень боюсь, они откажутся от меня, прогонят или еще хуже! – Слезы выступили у нее на глазах. – А что Иннис Лир? Он распадется!
– Риган выслушает меня. Я смогу защитить тебя, – отчаянно прошептал молодой человек.
Элия отстранилась, даже когда он держал ее обнаженной на своих руках.
– Так же, как ты защищал Рори? – осторожно спросила она.
Бан бросился с кровати. Он отошел, не зная, куда девать свои руки, шаркал босыми ногами по пыльному земляному полу.
Позади него – тишина.
Обняв сам себя, Бан снова посмотрел на Элию. Она сидела, прислонившись к стене, запрятав ноги под стеганое одеяло. Бан вдруг мрачно сказал:
– Я думаю, мой отец мертв.
– Нет… – прошептала она.
– Отец связывал себя с тобой… с силой вторжения. С Моримаросом. Я рассказал Коннли и Риган. И я оставил его там, между ними; они были в убийственном состоянии.
– О, Бан.
– Я не прошу прощения. Он никогда не ставил меня на первое место. Мой отец не защищал меня, и если он когда-нибудь любил меня, то меньше, чем Лира, или себя, или тех проклятых звезд.
– Но ты…
– Эрригал предал твою сестру, свою королеву, не важно, как и почему, Элия, – свирепо произнес Бан. – Тогда он притворялся верным Риган и Коннли, ориентируясь на Ареморию. Он предатель.
– Ты точно такой же.
– Я
Элия усмехнулась и вытерла слезу со щеки резким взмахом руки.
– Я никогда не забуду тебя. – Бан вернулся к кровати и встал на колени, достаточно близко, чтобы прикоснуться к ней, если девушка этого захочет. – И то, что я сказал раньше… я не говорил Марсу все это. Я сделал это для себя и для тебя и из-за корней. Я должен был прийти домой, Элия. Ты права: мы не можем уехать. Мы оба – части этого острова. Это моя кровь и воздух, которым я дышу: даже в Аремории это всегда был Лир. Я хотел бы, чтобы это было что-нибудь другое. Клянусь. Я хотел, чтобы это было государство Марса, я сам так в это верил. Но я не могу изменить себя.
– Я тоже не могу. Я дочь короля, и я люблю Иннис Лир. Я должна помочь сестрам и как-то все исправить.
– Он должен сгореть, Элия. Этот остров разрушен, и ты не можешь поставить его фрагмент назад. Его нужно переделать.
– Это не может быть единственным выходом. Корни должны иметь способность к отрастанию. Прошло всего двенадцать лет.
– Нет, – Бан покачал головой. – Прошло уже больше времени, а корни все так же слабы. Они слабые и просят милостыню. Деревья хотят прославиться сами по себе и на холодном ветру. Им нужны тепло, страсть и солнце, а не только холод, дрожь и звезды.
– Я пришла домой и слушала деревья и ветер в течение нескольких дней, Бан Эрригал. Деревья обратились ко мне за помощью, и я доведу дело до конца. Я должна убедить и своих сестер послушать их. Вместе, втроем мы должны найти правильный баланс, правильное плетение снова стянет Иннис Лир. Нам нужна точка опоры, а не ядовитый корень, но сначала мне нужно найти моего отца.
