Королевы Иннис Лира полностью

Рори настоял на том, чтобы Бан согласился с впечатляющей природой его шрамов, и Бан вынужденно произнес:

– У Моримароса вообще едва ли есть шрамы. Он замечательный воин.

– Отец хотел, чтобы я женился на Элии до того, как ей предложат иностранных королей.

Рори произнес эту фразу так резко, что Бан еле успел уследить за ходом его мысли.

Бан нахмурился:

– Я… вижу, насколько это было бы… выгодно. Для Эрригала лучше было бы присоединиться к нашей власти по линии короля через Элию, чем поддерживать контакт с Коннли. Такой подход мог бы в конечном счете сделать тебя королем.

– Ты ведь любил ее, – продолжил Рори, игнорируя переход разговора в политическое русло, – когда мы были детьми.

Рыжие волосы Рори ловили солнечный свет, струившийся из окна, и напоминали Бану огненные пряди локонов Элии.

Глаза Бана устремились на восток, навстречу океану, к Аремории. На минуту он застыл: ни дыхания, ни движения. Губы Лиса Бана приоткрылись – он размышлял об Элии.

У нее точно была его записка.

– До сих пор любишь, – тихо произнес Рори.

Бан перевел взгляд, потянувшись из ванны, чтобы взять мыло, лежащее на небольшом умывальнике.

– Я видел ее в Летней резиденции до того, как Элия ушла в Ареморию.

– И дальше? – Рори странно облокотился локтями на колени.

– Прошло уже больше пяти лет. Она будет в безопасности с Моримаросом. Это сейчас важнее всего.

– Неужели Элия действительно разлюбила Лира?

Бан со всей горячностью накинулся на брата:

– Я вовсе так не думаю!

Стоя и вытирая воду с передней части туники, Рори спросил:

– Почему это?

– Король сошел с ума, ты разве не знал? Ты ведь служил ему целый год!

Раздраженный Бан намылил руки и нырнул под воду. Небольшие волны ударились о бока ванны.

– Тебе следует быть осторожнее, когда говоришь о короле, – произнес Рори, когда Бан вынырнул.

Тот лишь нахмурился:

– Почему же?

– Он – твой король.

Как будто все было так просто.

– Он никогда не был моим королем, – заметил Бан низким и тревожным голосом. Отчасти, потому что верил в свои слова, отчасти – вводя брата в состояние шока.

– Бан! – навис над ним Рори. – Он ведь больше не может причинять тебе боль. Теперь ты Лис, волшебник, изучающий железную магию, верно? Я дома всего лишь час, но уже вижу, как все в этом замке тебя обожают, и ты можешь взять у Эрригала все, что угодно, и никто тебя не остановит. Зачем бояться короля Лира?

Сын графа задыхался. Он с гневом вскинул руки.

Бан сидел голый в ванне с остывшей водой, уставившись на брата. Слова Рори были близки к намерениям Бана, и это не могло его не впечатлить.

Внезапно Рори закрыл рот. Два темно-красных пятна на его щеках смешались с веснушками. Молодой человек шагнул в сторону двери между их спальнями.

– Подожди-ка, – остановил его Бан, вылезая из ванны.

Рори притормозил, оглянувшись через плечо и закусив нижнюю губу.

– Рори, я просто… ждал… Позволь мне, – Бан оглянулся в поисках чистой рубашки, халата или ткани.

Рори произнес с некоторой беззащитностью:

– Тебе не придется этого делать.

Бан вылез из ванны и взял рубашку из своего сундука, обтер себя насухо, прежде чем натянуть рубашку на туловище.

– Что делать?

– Искать себе место. Оно у тебя уже есть, – ответил Рори, словно это была самая очевидная на свете вещь. – Ты всегда будешь здесь, со мной, – продолжал Рори. – Мой брат, капитан моих солдат, дядя моих сыновей, муж какой-нибудь толстой или шикарной жены – все, что ты захочешь. Если же кто-нибудь скажет о тебе дурное слово, я заставлю их пожалеть об этом.

Слова брата еле-еле отзывались в сердце Бана. Лис понимал ход мыслей Рори: он хотел успокоить брата, показать привязанность, однако сам факт, что Рори чувствовал себя обязанным озвучивать это, уже доказывал, что в итоге Рори мог придавать меньшую значимость своему незаконнорожденному брату.

Бан улыбнулся, но весьма туго – как лиса, узко и остро, со скрытыми зубами:

– Я знаю, братец. Это место, которому я принадлежу.

– Хорошо. Хорошо! – Рори обхватил Бана за плечи, встряхнул его и направился к выходу. – Увидимся в зале, на празднике. Пей от души, поскольку я планирую соревноваться с тобой в историях, и не позволю своему брату уйти и похоронить меня под лисьими подвигами.

– Значит, сделка, – мягко заметил Бан.

Брат ушел, и Лис Бан медленно оделся. Сознание возвращалось к нему с каждым движением.

Рори был самой широкой брешью в броне Эрригала.

Бану надоело об этом думать, хотя он мог сразу наметить элегантный и простой план. С потяжелевшими конечностями, мрачным выражением лица и готовый принести в жертву своего брата, Бан теребил косматые черные волосы.