Дела в королевстве шли неважно, была бездарно проиграна крупная битва при Беннокбери с Шотландией, восстановившей таким образом свою независимость (как раз во время этого сражения обратили на себя внимание короля будущие фавориты Роже д’Эмори и Хью Диспенсер-младший). Обострились отношения с Францией, вторгшейся в Нормандию, в ту пору собственность английской короны. Но самая главная опасность зрела внутри королевства: стремительно росло влияние нового любимчика короля, Хью Диспенсера-младшего (1287/89—1326), человека невиданной алчности и вероломства. Он был сыном Хью Диспенсера-старшего, графа Винчестерского, преданного слуги сначала короля Эдуарда I, а затем его сына. Диспенсеры были чрезвычайно благородного происхождения, недаром Эдуард I не счел зазорным избрать Хью-младшего в мужья своей старшей внучке Элеоноре. Поскольку женитьба на внучке монарха считалась высокой честью, умудренный опытом король не стал наделять ее приданым, да еще ухитрился употребить этот брак себе на пользу. Эдуард I был должен отцу жениха крупную сумму в 2000 марок и воспользовался замужеством Элеоноры как средством урегулирования задолженности. После битвы при Беннокбери отличившийся Хью-младший был возведен в ранг рыцаря-знаменосца и заключил с Эдуардом I договор на военную службу с дружиной из 30 человек и годовым жалованьем 400 марок, которое вскоре было повышено до 600.
Тут следует сделать небольшое отступление, чтобы просветить читателя о примерной стоимости денег той поры. Основной денежной единицей расчетов был фунт стерлингов, т. е. серебра. Самой мелкой монетой был пенс, 12 пенсов составляли шиллинг, 20 шиллингов – фунт, именно столько весили 240 серебряных пенсов. За день работы человеку платили от 1 до 3 пенсов. Для примера скажем, что выкуп в 1359 году за участника Столетней войны, плененного французами Джеффри Чосера, отца литературного английского языка, составил 16 фунтов, или 6,6 кг серебра, за 2 королевских лошадей – 50 и 70 фунтов соответственно. Жена короля Генриха II Плантагенета Алиенора Аквитанская уплатила за любимого сына Ричарда Львиное Сердце выкуп в 34 тонны серебра, обобрав до нитки всю Англию, не исключая церковные храмы. В обращении ходила также серебряная марка, которая равнялась 1,5 фунта стерлингов.
Еще одно отступление надо посвятить любопытной истории с наследством графа Глостера, внука короля Эдуарда I и второго по величине его поместий землевладельца Англии после графа Томаса Ланкастера. Он пал в битве при Беннокбери в возрасте всего 23 лет, оставив бездетную супругу Мод. Ввиду отсутствия прямого наследника имущество надлежало разделить между тремя его сестрами: Элеонорой, женой Хью Диспенсера-младшего, Маргарет, вдовой Пьера Гавистона, и Элизабет, вдовой графа де Берга. Процесс оформления раздела принял весьма курьезный вид, ибо вдова погибшего Мод объявила себя беременной. Дама три года водила за нос служителей английской Фемиды, уверяя, что пребывает в тягости и чувствует в своем чреве движения живого младенца, отсрочка же с его появлением на свет объясняется исключительно капризами природы. В конце концов, Мод отстранили от раздела, выплатив немалое приданое, принесенное ею при вступлении в брак, а земли поделили между тремя сестрами. Не обошлось и без скандала: желающих приобщиться к богатствам графа Глостера оказалось немало, в частности некий судейский чиновник, барон Теобольд Вердон, в феврале 1316 года похитил Элизабет де Берг из Бристольского замка и принудил вступить с ним в брак. К счастью для короля, не желавшего впускать в свой клан нежелательных особ, через полгода похититель умер, оставив овдовевшую во второй раз Элизабет в тягости. Дабы отбить у авантюристов желание следовать этому дурному примеру, Эдуард II решил передать вдов вместе с их обширными владениями в надежные руки своих фаворитов: он выдал Маргарет за сэра Хью Одли, а Элизабет – за Роджера д’Эмори.
Диспенсер-старший выполнял важные дипломатические поручения короля, выезжая на переговоры к европейским суверенным властителям и папе римскому. Он был довольно состоятельным человеком, отягощенным семьей из двух сыновей и нескольких дочерей. Согласно английским законам, его сын-первенец мог рассчитывать на вступление в наследство только после смерти отца. Поэтому Хью-младший был лишен доступа к отцовскому состоянию и вынужден ограничить расходы своей быстро увеличивавшейся семьи 200 фунтами в год, выдаваемыми отцом. Текущие издержки далеко превышали эту сумму, и сыну, принятому при дворе, пришлось жить не по средствам.
