– Да-да, – с готовностью закивал Тулавр, отчего поля его ветхой шляпы заколыхались, грозя отвалиться.
– И у тебя не возникло мысли что-либо прикупить в Санираде? – проницательный взгляд стражника впился в растерянные глаза катеона. – Как-то все это подозрительно выглядит. Обычно ваш брат везет домой подарки для родни, нужные в быту вещи и продукты, которые не вырастишь на огороде. А твоя повозка совсем пуста… Как так получилось?
Повисла напряженная пауза. Дибор напрягся, и рука его невольно потянулась вниз – туда, где под тонкими досками днища повозки было надежно спрятано оружие. Но, услышав горестный вздох катеона, он замер.
– Все так, уважаемый господин офицер. Я возвращаюсь пустой… – трясущимися руками Тулавр достал из-за пазухи тощий кожаный кошель и помахал им перед лицом стражника. – Здесь все, что мне удалось выручить. И деньги эти, до последней монеты, пойдут на приданое моей дочери. А она ведь у меня пятая по счету! Накладно в наше время устраивать судьбы своих дочерей…
– Такую красотку могли бы взять и без приданого! – Заглянув в повозку, офицер улыбнулся Дибору, который скромно опустил глаза долу.
– Что поделаешь – таковы нравы нашего общества, – философски развел руками Тулавр и протянул стражнику несколько монет.
– Старик, не позорь меня и спрячь свои деньги, – с негодованием проворчал тот. – Остались еще в королевской гвардии честные воины! Открыть ворота!
– Пусть Четверо благословят тебя! – искренне проговорил, посмотрев в глаза офицера, катеон.
– Желаю твоей дочери счастья в семейной жизни!
Ворота за повозкой закрылись. Тулавр поднял взгляд к небесам и тихо промолвил:
– Слава Четверым, мы выбрались!
– Дядя, я задыхаюсь от этой вони!
Айра Ледвей пыталась хоть как-то ограничить проникновение зловонных запахов сточной канавы в легкие, прикрывая лицо платком. Граф Таррес поднял факел повыше и критическим взглядом прошелся по точеной фигурке своей воспитанницы: светло-бежевое платье испачкано нечистотами по самый кружевной воротник, волосы растрепаны, а прекрасное личико в темных разводах, оставленных, по всей вероятности, грязными пальцами. Неудивительно, ведь еще несколько минут назад сточные воды столицы поднимались почти до ее горла. В какой-то момент Лигеру даже пришлось взять девушку на руки – иначе мутная жижа скрыла бы ее с головой.
Граф грустно улыбнулся и ласково произнес:
– Потерпи еще немного, моя бедная девочка! Видишь – там, за поворотом, уже показался свет.
Вместо ответа Айра согнулась и освободила свой желудок. Выпрямившись, она смущенно отерла губы и виновато улыбнулась.
– Прошу прощения, но мой бедный организм больше не в силах выносить этот ужасный запах…
– Поверь мне, милая, нам с Лигером доводилось видеть и не такое!
– Да, – неожиданно вмешался в разговор молчаливый воин, следовавший впереди. – Помнится, однажды мы с голодухи объелись протухшего мяса издохшего кабана! Ваш дядя пометил весь путь до лагеря Эктора…
– Помолчи, болван! – побагровел граф. – Подобные истории не для ушей благовоспитанных девиц!
Айра рассмеялась.
– Ага, благовоспитанных настолько, что они соблазняют тюремщиков, чтобы впоследствии отравить их.
Таррес нахмурил густые брови и глухо произнес:
– Это было в первый и последний раз! Почему ты не посвятила меня в свой план?! Ты же была на волосок от гибели!
– Больше подобного не повторится, обещаю! – девушка невольно передернула плечами и провела ладонью по багровым следам на шее.
– А вот и выход! – бесцветным голосом прокомментировал Лигер, скрывшись за поворотом.
Айра ощутила, как ее лица коснулся легкий порыв свежего ветерка, и невольно прибавила шаг, пытаясь как можно быстрее покинуть зловонный коридор.
Выбравшись наружу, перепачканные путешественники какое-то время жадно вдыхали живительный ветер, дующий с реки. Наконец Лигер особым образом сложил пальцы, просунул их меж своих тонких губ и пронзительно свистнул. Почти в тот же миг из зарослей кустарника на берегу послышалось конское ржание. Через некоторое время из-за дерева осторожно выглянуло полноватое лицо человека, на котором была одежда простолюдина.
– Ваша светлость! – обрадованно воскликнул он. – А я уж заждался – думал, может, случилось чего…
– Лошади, еда, оружие, одежда?! – резко перебил его словоизлияния Таррес.
– Все здесь! – мгновенно откликнулся слуга.
– Девочка моя, – обратился граф к воспитаннице. – Вероятно, после столь неприятной прогулки ты хотела бы искупаться в реке?
– Это мое самое заветное желание! – Айра мечтательно взглянула на прозрачную воду выше по течению – ниже стоки канавы делали ее грязно-бурой.
– Тогда отойди на безопасное расстояние, но будь крайне осторожна. А мы с Лигером ополоснемся тут. Грут, – обратился он к слуге, – приготовь одежду и оседлай лошадей. К ночи мы должны достигнуть моего поместья в Кайно.
