– «Неплохо»? И в каком таком месте это неплохо? – взъярилась Кикай, ёрзая на стуле. – Он будет держать нас всех под железной пятой, готовый в любой момент раздавить. Станет давать тебе советы, которые на самом деле будут приказами. Одно неверное движение – и мы мертвецы.
Тейн пожал плечами.
– Так у нас будет гораздо больше власти и влияния, чем если мы останемся в тюремной камере, тётя. На данный момент нам ничего не известно. Что делают другие острова? Где остатки нашего флота? Армии? Да я даже не знаю, как долго меня держали в заточении. Я сбился со счёта.
Кикай и Эка обменялись многозначительными взглядами. Затем Кикай сказала:
– Мы знаем больше, чем ты думаешь.
Тейн прищурился, но Кикай лишь пожала плечами.
– Ситуация сложная. Букаяг… сотрудничал с Фарахи.
Лани удержалась от того, чтобы разинуть рот, а Тейн скрылся за маской, став очень похожим на своего отца, и чуть ли не шёпотом ответил:
– Что ты сказала?
Кикай явно почувствовала эту перемену и ответила так же тихо:
– Это долгая история, племянник. Я не знаю всего. Настоящее имя этого Букаяга – Рока, и мы с твоим отцом были с ним знакомы пятнадцать лет. Ты даже видел его однажды, но был слишком мал, чтобы запомнить.
Она взглянула на главу шпионов Алаку, которого повсеместно боялись. Он заговорил в своей вечно спокойной, практически монашеской манере.
– Это правда, мой принц. Я привёл его к вашей тёте и к вашему отцу. Так мы и познакомились.
На протяжении долгих минут, наполненных неловкой тишиной, Тейн ничего не говорил, и усталое выражение его лица вполне гармонировало с тьмой, разлившейся в глазах.
– Нам предстоит очень долгий и очень откровенный разговор.
Кикай снова поёрзала на стуле.
– Я с самого начала советовала твоему отцу не водить дружбы с Рокой. Он чудовище. И всегда им был. Что бы он ни планировал, ему нельзя доверять. Его нужно уничтожить.
Эка не выглядел настолько же уверенным, но ничего не говорил. Лани была удивлена не меньше Тейна, но изо всех сил это скрывала. Она была склонна довериться Кикай – если не её конкретным идеям, то хотя бы общему настрою. Но всё, что она узнала за этот день, было настолько абсурдным, что принцесса чувствовала себя немного потерянной. А затем вспомнила, зачем вообще сюда пришла.
– Он хочет союза с моим отцом, – произнесла она как можно ровнее. – Он сказал, что Наранская империя скоро уничтожит Тонг, а затем возьмётся за острова и что он желает этого не допустить. Сказал, что его люди станут сражаться за Тонг.
Кикай фыркнула, и из её рта вылетело несколько капель слюны.
– Ему нужны наши земли и, возможно, женщины. – Она покачала головой. – И духи знают, что ещё. Амбиции этого человека не ведают предела.
Лани не ответила, и выражение её лица осталось прежним, как и выражение лица Тейна. Всплеснув руками, Кикай продолжала.
– Наран мог уничтожить Тонг давным-давно, но до сих пор этого не сделал. Так с чего бы им воевать с нами сейчас? Мы торговые партнёры. У Нарана и так огромное количество территорий. Зачем им добавлять себе головной боли?
Тейн поморщился, взглянув на Эку.
– Отец этого ожидал. Он всегда ясно давал понять, что боится Нарана. Говорил, что только Тонг и наши торговые партнёры удерживают их в узде. Может, теперь это изменилось. Не мне тебе говорить, тётя, что у Фарахи имелась привычка всегда оказываться правым.
Кронпринц – или, быть может, уже король – обвёл взглядом собравшихся, ища поддержки, но лишь Лани кивнула ему.
– Два поколения моей семьи ожидали войны с Нараном, – сказала она. – Может, даже больше. Отец не перестаёт об этом думать.
Кикай натянуто улыбнулась.
– При всём уважении, последний раз дома ты была ещё девочкой. Да и в политику начала играть не так давно.
Лани оставила этот комментарий без внимания. Она почувствовала разочарование из-за неодобрения Кикай, но в конце концов «королева» Шри-Кона была женщиной, которая просто по привычке огрызается на всех, с кем не согласна. Кикай перевела взгляд на короля, и голос её смягчился.
– Племянник, я любила твоего отца и служила ему всю жизнь. Но он ошибался чаще, чем ты думаешь. – Она опустила взгляд на стол, и глаза её наполнились слезами. – Он и подумать не мог, что его сын при помощи магии разнесёт дворец на кусочки и убьёт его самого.
Лани почувствовала, как у неё свело живот и напряглись желваки, и отвела взгляд. Тейн тоже отвернулся, и гнев в его глазах сменился глухой печалью. Он откинулся на спинку стула.
– Что ты предлагаешь?
Кикай вздохнула и взглянула в открытое окно.
– Ты прав. Лучше быть марионеткой, чем пленником. Мы согласимся и посмотрим, действительно ли Рока настолько глуп, чтобы посадить на трон Алаку. Если да, то мы созовём двор и пригласим всех владык, каких только сможем. Соберём армию и флот, задействуем советников и шпионов, и всё снова заработает, как прежде. – Она слабо улыбнулась и перевела взгляд на него. – Ты прав, Тейн. Это лучшее, на что мы можем надеяться, даже если он намерен нас предать. Мы сможем значительно подпортить ему планы, прежде чем он вмешается. Кто знает, что может случиться.
Тейн кивнул, и Кикай сжала его руку.
