— Ты ведь ненавидишь людей, которые убивают беззащитных. Так что я возьму эту ношу на себя.
Он всё ближе и ближе подходил к рулевому. «Это не Томми, — стучало в его голове. — Это то, кем он мог стать».
— Вы совершаете огромную ошибку! — крикнул двойник. — Вы направили оружие против апостолов! Освободитель выследит вас и предаст божественному суду!
— Если бы он хотел казнить нас, то сделал бы это ещё в Эдеме, — заверил Вик. — Думаю, ему просто стало любопытно, кто же победит — потому мы и вырвались.
У двойника задрожала нижняя губа.
— Ложь, — несмело вымолвил он. По его тону Вик понял, как сильно потрясло его такое предательство. Этот Томми, похоже, действительно верил в Освободителя, и никак не мог осознать, как же Бог может бросить своих слуг. Помотав головой, двойник бросил: — Что вы сделали с катером?
— Я использовал энергию Эдема против вас, — сказал Насиф. — Она так густо протекает здесь, что совсем несложно вплести в её мелодию пару своих нот. Вы сами подписали себе смертные приговоры.
— Да даже если вы убьёте нас, катер всё равно всех восстановит!
— Без рулевого не может быть и катера, так? — шаман пожал плечами. — Мы убьём вас, отрежем головы и унесём их с собой. А катер взорвём.
Зрачки двойника Томми расширились от ужаса. За его спиной завопила Катрина:
— Нет, не надо, умоляю вас! Пожалуйста!
— Вы нас не жалели, когда собирались упечь в тюрьму на вечность, — жёстко произнёс Насиф. — И судя по вашей реакции, наш способ сработает. Что же, спасибо за подсказку. Прощайте.
Вик подобрался вплотную, вдохнул и, схватив двойника за плечо, вогнал клинок ему прямо в сердце. Томми задёргался, пытаясь что-то сказать. Протянув руки к лицу Вика, он провёл окровавленными ладонями по его маске. Через несколько мгновений тело рулевого обвисло. Катрина завизжала от ужаса, прикрыв лицо руками.
Взяв у шамана нож, Вик принялся отколупывать голову двойника. Но его взяло такое отвращение, что он просто развёл бардак, забрызгав всё вокруг кровью. К нему подошёл шаман и мягко забрал клинок.
— Займитесь-ка лучше катером, капитан, — сказал он. — Я здесь закончу.
— Умоляю вас, пощадите! — прокричала Катрина сквозь плач. Только сейчас Вик заметил, что она описалась от ужаса — и даже не пыталась это прикрыть. — Я не умею управлять катером, я ничего вам не сделаю, поверьте мне! Пожалуйста, отпустите! Я не буду вас преследовать, я никому ничего не расскажу, я…
— Они сумели показать нам память Томми, — сказал Насиф, чувствуя, как колеблется Вик. — А значит, спокойно извлекут и её воспоминания.
— Это всё катер! — завизжала девушка. — Я здесь ни при чём! Я так не умею!
Наконец, Валентайн кивнул и произнёс:
— Просто сделай так, чтобы она не страдала, хорошо?
— Конечно, капитан, — на лице шамана не дрогнул и мускул.
Развернувшись, Вик стал подниматься по лестнице, пытаясь мысленно заглушить вопли ужаса девушки, которую сейчас зарежут как скот — просто потому, что ей не повезло оказаться на катере Эдема. Он подошёл к утилизатору и напечатал на нём дистанционно управляемую взрывчатку. Заложив несколько зарядов, Вик синхронизировал их с коммуникатором и спрыгнул за борт. Рыданья прекратились, раздался истошный крик — и повисла тишина. Через несколько минут на палубе показался шаман с мешком за спиной. Спустившись на землю, он неловко пробормотал:
— Подумал, что лучше будет сделать так, чтобы не смущать Томми.
Вику хотелось похвалить шамана за такт, но к горлу подкатила тошнота, и он отвернулся. Он делал много отвратительных вещей, намного страшнее, чем эта — и всё же, было что-то особенно мерзкое в том, как они расправились с двойником Томми и его командой. Что-то невероятно низменное, настолько тёмное, что ни один человек не заглядывал в эти потёмки, опасаясь, как бы наружу не полезли чудовища.
Все они оставались животными, как бы ни отрицали этого. И именно это напоминание об отсутствии пределов собственной жестокости пугало больше всего. Убийства не казались такими ужасными, когда происходили в пылу боя или от них зависела судьба всего Города. Но Вик как никогда чётко ощутил, что после окончания миссии он уже не сможет вернуться к этому делу. Лучше пустит себе пулю в лоб.
Скоро появились Саргий и Ли с трофеями. Выглядели они достаточно бодро.
— И у меня и у него на катерах были одни мертвецы, — произнёс иммигрант. — Так что оставалось только с головами разобраться. Ну и мерзость, скажу я вам.
— Возвращаемся, — приказал Вик, ничего не ответив. Они поплелись обратно к «Катрине». Завидев издалека команду, Томми с подозрением крикнул:
— Что в мешке?
— Головы, — сказал Вик. Томми скривился. — Там и твоя есть. Хочешь посмотреть?
От этих слов рулевой задрожал и отвернулся. Наконец, собравшись с силами, он выдавил:
— А Кэт… она тоже там?
Вик забрался на палубу и бросил мешок к ногам Томми.
— Сам посмотри.
Ему не хотелось щадить ничьи чувства. Пусть рулевой тоже видит, во что они превратились. Шаман многозначительно посмотрел на Вика, но ничего не сказал. Трясущимися руками Томми развязал мешок, посмотрел вовнутрь, а потом упавшим голосом произнёс:
— Что же… я понимаю. И всё же…
