– Так докажи! Докажи! Спаси свою шкуру и гуляй дальше с моей кровью на кинжале! А если не докажешь, Капуллетто, клянусь… Клянусь всем, что мне дорого, клянусь своим браком, клянусь жизнью моей жены – я не успокоюсь, пока не уничтожу весь ваш род, как ты уничтожил моего отца!
Антонио наконец взорвался.
– Давай, нападай! Щенок! Только языком чесать и умеешь!
– Арестуйте их! – вскричал Угуччоне. – Обоих! Они нарушают закон и должны понести наказание. Капитан запретил дуэли на своих землях! Заберите у них оружие! Делайте что хотите, можете их связать, только уведите отсюда!
Приказ Угуччоне немедленно исполнили. Антонио, когда его волокли с места преступления, выплевывал проклятия в адрес Марьотто; Марьотто не оставался в долгу.
– Бонавентура, – со вздохом распорядился Угуччоне, – найди Баилардино, расскажи, что произошло. Кто-нибудь, найдите жену Монтекки. А ты, Бенвенито, позаботься о его сестре. Она должна обо всем узнать, а Марьотто сейчас не в состоянии ни с кем говорить. Луиджи, ты вряд ли можешь сказать наверняка, что твой брат убил синьора Монтекки?
– Я не могу сказать, что он его не убивал, – потупил взор Луиджи. – Мы расстались на дороге, а встретились несколько минут назад.
– Допустим. Поезжай, сообщи отцу, что мне пришлось арестовать Антонио и дела его плохи. Кинжал – серьезная улика.
– Очень серьезная, – подтвердил Луиджи. – Я поеду немедленно.
– Буду тебе признателен. – Тут Угуччоне заметил кривую улыбку Луиджи, и улыбка эта его насторожила.
Угуччоне отдал распоряжения, чтобы тело синьора Монтекки доставили в замок. Марьотто решили отпустить часа через два – необходимо было готовиться к похоронам. Теперь Марьотто стал синьором Монтекки.
Если тени тех, кто умер, не завершив свою миссию на земле, действительно посещают наш мир, тень Гаргано осталась в лесу, на тропе, и наблюдала возобновление вражды между Монтекки и Капуллетти, грозившей стать еще более ожесточенной, чем прежде.
Едва Пьетро убедился, что прыгать никак нельзя, карета замедлила ход. Они, похоже, останавливались. У Пьетро не было оружия, кроме костыля, который нашли и вернули ему солдаты Кангранде. Он стиснул свою «дополнительную ногу».
Ческо спал, но вдруг подскочил.
– Мы все еще едем?
– Останавливаемся, – отвечал Пьетро. – Ческо, говорят, ты хорошо умеешь прятаться. Скажи, здесь где-нибудь можно спрятаться?
Ческо взглянул на донну Катерину.
– Где бы ты спрятался, а, Франческо? – спросила Катерина. Мальчик покачал головой. – Уж конечно, ты нашел бы потайное местечко. Ты же умеешь. – Ческо широко улыбнулся и снова покачал головой.
– Позвольте мне, мадонна, – вмешался Данте. – Дитя, ты знаешь, где тут можно спрятаться?
Мальчик кивнул.
– Так почему же ты не… – начала Катерина.
Данте улыбнулся, несмотря на замешательство Катерины и Пьетро.
– Кажется, мадонна, он не хочет, чтобы вы видели потайное место.
– Боже мой! Нашел время!
– Вот именно, время, мадонна. Умоляю вас, не подсматривайте!
Катерина с досадой закрыла лицо руками.
Мальчик тотчас вскочил и согнал Пьетро с сиденья. Подняв подушку, он откинул деревянную крышку, за которой открывалось небольшое отделение, видимо, для багажа. Там обнаружились платье для верховой езды, пустой ночной горшок и принадлежности туалета для дамы, которая много путешествует. Ческо забрался внутрь и стал закрывать крышку. Пьетро придержал крышку, потому что увидел, как что-то сверкнуло. Протянув руку, он извлек кинжал.
– Там лучше, чем в пещере, – шепнул он, погладив Ческо по голове. – Сверху ничего не упадет.
Еще раз взглянув на Катерину и убедившись, что она не подсматривает, Ческо закрыл за собой крышку. Пьетро положил подушку на место и уселся, будто всегда там и сидел.
– Можно открыть глаза?
Получив разрешение, Катерина обвела взглядом карету. Пьетро указал на свое сиденье. Катерина только брови вскинула, недоумевая, как малыш вообще мог догадаться о существовании багажного отделения – ведь и крышка, и ручки были замаскированы искусной резьбой.
Карета остановилась. Они услышали, как грумы соскочили с козел и встали по обе стороны кареты, у дверей. Пьетро крепче сжал нож и крикнул:
– В чем дело?
– Проехать нельзя! На дорогу упало дерево! Придется послать за помощью.
– Тогда мы подождем здесь, – отвечал Пьетро. – Мы очень устали. Возьмите лошадей и скачите к Кангранде верхом.
– Нам нужно с вами поговорить! – возразил один из грумов. Именно его голос пленники все время слышали.
«А где же второй?»
Последовала пауза, во время которой Пьетро не нашелся что сказать. Грум продолжал:
– У нас приказ не оставлять ребенка одного.
– Он не один, он с нами! Оставьте нам меч, а сами езжайте. Все будет в порядке.
– Выйдите из кареты. Нам нужно поговорить.
Дело принимало скверный оборот. Пьетро решил испробовать другую тактику.
– Я не могу идти. Нога совсем не слушается.
– Тогда откройте дверь, и мы вам поможем выйти.
Видя, что Пьетро выдохся, Данте поспешил ему на помощь.
– Нет, ногу нельзя тревожить. А мальчик вообще спит. Езжайте!
