«Что ж, она старше всякого неофита, судари мои. Нашей кавалерственной даме-зелоту, небось, виднее с высоты прожитых ею лет… до 1913 года. Девчонкой была, девчонкой осталась».
Молодой рыцарь Филипп полностью вошел в образ мудрого апостолического инквизитора. «Инда некое старческое брюзжание в себе обнаружил, олух царя небесного».
Небольшие издержки и передержки профессиональной психологии вполне терпимы. Потому как им предстоит скрытно проникнуть в надежно охраняемый гостевой особняк, где остановилась с намеченным супругом однозначно квалифицированная черная вдова Таисия Распопова. Помимо того местонахождение объекта, расположенного в ближнем от президентской резиденции Северные Скворцы по здешним меркам элитном дачном поселке, создает дополнительные трудности для аноптического образа действий.
Контрольно-пропускной пункт на въезде джип миновал, чуть притормозив, без остановки. Очевидно, его водитель и сама машина как-то знакомы двум охранникам в полувоенном камуфляже. Далее Веронике и Филиппу надлежит действовать самостоятельно по обстановке.
Незримо и неощутимо Вероника с Филиппом выскользнули из-за гаража-бытовки во дворе недостроенного трехэтажного здания. По маршруту следования им предстоит напрямую пересечь три садово-парковых участка, огороженных высокими заборами.
На первом же участке их невидимое передвижение обеспокоило дремавшую кавказскую овчарку. Филипп ощутил, как напрягся пес, почувствовав нечто непонятное и движущееся. Но сторожевой кобель тут же, пожалуй, огорченно, шумно выдохнул, не взяв чутким верхним чутьем каких-нибудь чужих запахов.
Филипп тоже чуть-чуть расслабился и перевел дух. Навсегда выводить из строя такого отменного сторожа ему было жалко. А также не совсем с руки, потому что Вероника изрядно его нагрузила арматорским спецоборудованием и медицинской аппаратурой.
На третьем участке внимание Филиппа привлек человек, темной ночью умудрившийся учуять не хуже пса скрытное появление чужаков. «Ну мрак! Простой чел, из рака ноги, «сумеречных ангелов» засекает…»
Впрочем, Вероника его быстро успокоила, взяв за руку и показав в ментально-тактильном контакте эйдетику с точками расположения прекрасно замаскировавшихся своих спецназовцев, обложивших периметр цели.
Встретивший их чуткий спец, также облаченный в СУА-10, был неслышно предупрежден Вероникой ультразвуковым свистком «нетопырь» и тем же кодом ввел ее в курс последних изменений обстановки.
Все шло по плану и даже сверх плана. Пять тюменских бодигардов и две местные горничные проданы, скуплены оптом и в розницу, нейтрализованы и в целом выбыли из числа действующих лиц. Тела жениха и невесты в плановом порядке надежно усыплены, наготове. И ожидают дальнейших естественных и сверхъестественных распоряжений своей судьбой в спальне на втором этаже.
Можно было бы слегка расслабиться и вальяжно-вразвалочку, с чувством безусловного превосходства над беспомощным противником приступить к основному этапу операции, кабы не тяжелая артиллерия резерва главного командования в лице литовского рыцаря-адепта, находящегося где-то рядом. Он очень мощной дивинацией прикрыл от чужеродного магического обнаружения себя и партнеров.
Потому-то Филиппа постоянно преследовало неприятное ощущение, смутный образ, будто над ним нависли весьма неустойчивые многометровые каменные своды или исполинский Дамоклов меч, готовый вот-вот обрушиться на повинную или безвинную голову.
«Ему ведь по барабану, как разрулить ситуацию. Отсечет всех, и чертова бабушка здорова. Порядка ради. Господи, помилуй мя, грешного!»
Упорядочив восприятие инквизитора, Филипп физически ощутил всем телом, всем существом глубочайшее презрительное отчуждение старого адепта от всевозможной мирской и пусть вам харизматической кутерьме, суете, суматохе…
Весь мир — вовсе не театр, а гнусный бардак, тщетное столпотворение и лживое столоверчение, мои любезные дамы и господа.
«Любопытно: знает ли старый господин из Литвы, что прикрывает не самого захудалого инквизитора? Уж больно кичлив, с гонором старичок, коль скоро без малого четвертое столетие в профессиональных палачах обретается… И тут тебе политика, будь она не ладна!»
— Не суетясь, будешь работать строго и согласно моему плану, неофит! — в который уж раз повторила основное приказание Вероника. Она на ходу сбросила камуфляж, освободилась от груза аппаратуры и решительно двинулась по лестнице на второй этаж, попутно отдав распоряжение:
— Барахлишко мое подбери. Оно наверху нам тоже пригодиться.
В поместительной спальне, где в центре высилась антикварная кровать под белым муаровым балдахином, Вероника первым делом от двери звучно саданула в женские ягодицы парализующим коктейлем из блестящего никелированного револьвера-инъектора. Грубо рванула спящую за распущенные черные волосы, поднесла лазерный фонарик к глазнице.
— Полный порядок. Бабушка здорова.
