— Ликвол этот парень странный. Мы нашли его в лесу, в той его части где последний год живёт стая волков. Также он одет в очень дорогие одежды. По-моему он аристократ. Единственное что меня смущает, мне кажется он и вправду ничего не помнит, — Сареф излагал все свои мысли своему другу Ликволу, который уже много лет занимал пост старосты.
— Кхм интересно. Если говоришь, что он аристократ у нас могут быть проблемы. Если его найдут у нас, вполне возможно мы тоже пострадаем. Дети аристократов не появляются посреди леса просто так. Скорее всего это какие-то их внутренние разборки, а ребенок спасся телепортом. У некоторых сильных родов я слышал есть такие. Я думаю лучше будет отвести его в город и оставить в приюте для бездомных. Так если его найдут мы не пострадаем и вообще будем не причем, — Ликвол думал о будущем деревни, и влезать в разборки аристо очень опасная затея, которая навредит деревне. Если от неё вообще что-то останется в случае если они решат не оставлять свидетелей…
— Ликвол это ребенок! Я конечно понимаю опасность, которую представляют аристократы, но этот ребенок ещё невинный. А ты просто хочешь отдать его на растерзание? В нашей деревни его никто не найдет, тут отродясь аристо не бывали, — Сареф даже помыслить не мог что его друг решит бросить ребенка на произвол судьбы. Это не вязалось с его отношением к детям.
— Сареф пойми меня я забочусь о всей деревне. Этот ребенок чужой, а самое главное он из аристо. Если пройдёт хоть один слух о том, что у нас ребенок из аристократии, как всю нашу деревню перероют, чтобы найти его. Он представляет опасность и он не должен тут оставаться! — к концу слов Ликвол встал из-за стола за которым они сидели, и теперь нависал над Сарефом.
Сареф тоже встал и теперь смотрел старосте в глаза:
— Друг мой, чтобы ты не думал, но ребенок останется тут. Он даже не помнит ничего. Отдадим его Роберту. У них с Линой до сих пор нет детей, а Роберту нужен преемник на кузнице. Прошу тебя Ликвол не нужно так поступать с невинным дитя, — Сареф был непреклонен, и Ликвол знал по взгляду, которым сейчас смотрел на него Сареф, что ему ни за что не переубедить друга. Он вздохнул:
— Ладно сделаем как ты скажешь. Но больше ничего не проси у меня. Я в последний раз иду тебе на уступки, — Сареф тоже хорошо знал своего друга и знал что он и вправду последний раз уступает ему. Он кивнул другу на прощание и вышел из дома.
— Надеюсь это решение не принесет нам беды… — тихо сказал Ликвол.
Глава 3
Первые лучи восходящего солнца робко выглядывали из-за вершин горы, прогоняя последние отголоски ночной тьмы. Двигаясь вслед за отрядом по крутой горной тропе, я с улыбкой взглянул на белоснежную шапку горы, любуясь прекрасным пейзажем. Могучая гора закрывала собой половину небосвода и контур его сиял в лучах утреннего светила. Стояла тишина, нарушаемая редким дуновением холодного ветра. Неспешно поднималась солнце, на юге темнел лес, а вдалеке, почти у самого горизонта, виднелась река Шула.
Вот уже пять лет прошло с тех пор, как меня нашли деревенские охотники. С тех пор произошло много событий. Я обрёл новую семью в лице Роберта и Лины. Роберт был кузнецом, а Лина занималась домашним хозяйством и помогала мужу. Вначале мне было неловко жить вместе с ними, все таки они считали меня ребенком и отношение ко мне у них было соответствующим.
Однако постепенно я свыкся со своим новым положением. Я помогал Роберту в его работе на кузнице и сам постепенно осваивал это искусство. В восемь лет он подарил мне молот, который был для меня слишком большим, что было хорошим поводом для подколок сверстников, и усмешек старших. Постепенно я самостоятельно научился делать разные ножи, топоры, гвозди и другие бытовые вещи необходимые в деревне. Руду добывал отец в болоте, которое было расположено недалеко от посёлка.
Но самые важное событие произошло, когда мне было десять лет. Именно в этом возрасте я пошел по Пути Развития. Мой талант в нем был огромен, по сравнению с остальными детьми того же возраста. Сейчас мне было двенадцать лет, а я уже стал Одаренным пиковой стадии, что вызывало гордые улыбки родителей и одобрительные кивки старших.