Суровый РҐР† век. Пятнадцатилетняя Эмма Нормандская направляется в Англию, чтобы стать женой короля Этельреда. Но при английском дворе девушка оказывается скорее заложницей, чем королевой. Супруг с ней холоден и жесток, а соперница, мечтающая занять ее место, строит РєРѕР·ни и плетет коварные интриги. Неожиданно в Рмму влюбляется старший сын короля, Этельстан. Р
Ллойду, Эндрю и Алану посвящается
Примерно в 1040 году Эмма Нормандская поручила фламандскому монаху, вероятно, своему придворному, написать книгу о ее жизни. Список одиннадцатого века этой примечательной рукописи под названием
Поскольку точная дата рождения Эммы нигде не зафиксирована, весной 1002 года, когда, согласно «Англосаксонским хроникам», «леди Эмма, дочь Ричарда, приехала в эту страну», ей могло быть всего двенадцать лет, но могло быть и больше. Одно можно утверждать с уверенностью: замужество Эммы было подготовлено и осуществлено очень быстро, в течение нескольких месяцев после смерти первой жены короля Этельреда, что довольно необычно. Поскольку мало что известно о ранних годах супружества Эммы и короля, которого описывали как подозрительного, жестокого и неуравновешенного человека, можно было дать волю воображению, и именно так я и поступила. История Англии между 1002 и 1005 годами — в период, охваченный этим романом, — была по крупицам восстановлена по летописям, завещаниям, проповедям, законам, хартиям и другим документам того времени. Все олдермены, знать и представители верховного духовенства, фигурирующие в моей книге, упоминаются в этих документах, но главным образом — в «Англосаксонских хрониках». Важно отметить, однако, что все записи хроник, касающиеся правления Этельреда, были созданы спустя несколько лет после произошедших событий летописцами, имевшими особую точку зрения и, видимо, осуждавшими Этельреда либо имевшими к нему те или иные претензии.
Доподлинно известно, что король Этельред взошел на трон после убийства своего старшего сводного брата Эдварда в 978 году, и в те времена в обществе царила уверенность, что за этим преступлением стояла мать Этельреда. Сохранилось свидетельство, относящееся к двенадцатому веку, о том, что Этельред оплакивал смерть своего брата, но ничего не сказано о том, знал ли он что-либо о заговоре, который привел к трагической гибели Эдварда. Это одно из тех удивительных белых пятен истории, которые так привлекают новеллистов. Несомненно, насаждаемый Этельредом культ короля Эдварда Мученика, чьи святые мощи поместили в раку около 1001 года, намекает если не на угрызения совести, то на некоторую попытку вымолить у Эдварда Мученика покровительство в крайне тяжелое для Англии время. Именно в свете этих событий характер Этельреда, отягощенного осознанием собственной вины, начал приобретать для меня определенные очертания. Что касается сыновей Этельреда, королевские хартии называют их имена и приблизительные даты рождения. Вероятность того, что старший сын Этельреда, Этельстан, был одного возраста с Эммой, побудила меня предположить между ними романтическую связь, что я и отразила в своем романе. Действительно, сквозь века до нашего времени дошел слух, что между королем Этельредом и его нормандской женой не было большой любви, и мысль о романе между отвергнутой королевой и непокорным сыном ее мужа обещала настолько привлекательную коллизию, что ее трудно было проигнорировать. Однако в хартиях упоминаются лишь их имена и ничего не известно о том, что происходило с Этельстаном и его братьями и сестрами в годы, охваченные моим повествованием, поэтому я решила поступить с ними на свое усмотрение.
Еще одним важным действующим лицом книги является Эльгива из Нортгемптона. В исторических документах она упоминается как Эльфгифа, но я решила выбрать вариант Эльгива (созвучный с Годива), чтобы не путать ее с первой женой Этельреда и одной из его дочерей — обеих звали Эльфгифа. Известно, что Эльгива была дочерью Эльфхельма и что к 1016 году имела минимум одного ребенка, но это не указывает на ее возраст или на ее родство с более значительными историческими фигурами в Англии до этой даты. Тем не менее, поскольку имена женщин, имевших вес при дворе Этельреда, в летописях отсутствуют, можно предположить, что Эльгива была одной из них, особенно учитывая то, что ее отец был наиболее могущественным элдорменом в течение многих лет. Я также уложила Эльгиву в постель короля, для чего, признаю, нет вообще никаких оснований, кроме того что поздние литературные тексты приписывают ему, равно как и его отцу, определенную склонность к женскому полу.
