СКОЛЬ ВЕЛИКА ТВОЯ ВИНА, МОГИДИН? ИЗБРАННЫЕ ВСЕГДА СИЛЬНЕЕ ВСЕХ, НО ТЫ ПОЗВОЛИЛА ЗАХВАТИТЬ СЕБЯ В ПЛЕН. И ТЫ, МОГИДИН, ПЕРЕДАВАЛА СВОИ ЗНАНИЯ ТЕМ, КТО ПРОТИВОСТОИТ МНЕ.
Ее веки затрепетали, когда она изо всех сил постаралась собрать разбегающиеся мысли.
– Великий повелитель, то, чему я научила их, – мелочи, и я как могла боролась с ними. Я научила их тому, как якобы возможно обнаружить мужчину, способного направлять Силу. – Она даже ухитрилась рассмеяться. – При использовании этого способа возникает такая головная боль, что они сами на несколько часов теряют способность направлять. – Молчание. Может, это и неплохо. Они отказались от попыток освоить такой способ задолго до ее освобождения, но Великому повелителю не обязательно знать об этом. – Великий повелитель, тебе известно, как я всегда служила тебе. Служила, держась в тени, и мой яд действовал прежде, чем твои враги осознавали укус. – У нее не повернулся язык сказать, что она якобы сознательно позволила захватить себя в плен, чтобы действовать изнутри, но, может, стоит попытаться внушить ему эту мысль. – Великий повелитель, ты знаешь, скольких твоих врагов я уничтожила в Войне Силы. В тени, невидимая, незаметная, я всегда была опасна для них, и меня страшно боялись.
Молчание. И потом…
МОИ ИЗБРАННЫЕ ВСЕГДА СИЛЬНЕЕ ВСЕХ. МОЯ КАРАЮЩАЯ ДЕСНИЦА ОПУСКАЕТСЯ.
Этот голос, бессчетное множество раз отдаваясь в голове, заставлял кости плавиться, как мед, а мозг – пылать огнем. Мурддраал одной рукой сжал и приподнял подбородок Могидин, и она разглядела нож, который он держал в другой. Все ее мечты окончатся здесь перерезанным горлом, а тело сожрут троллоки. Может быть, Шайдар Харан все же не станет сам расправляться с ней? Может быть…
Нет. Она знала, что должна умереть, но этому мурддраалу не достанется ни кусочка ее тела. Она попыталась обнять саидар, и глаза у нее чуть не выскочили из орбит. Не было ничего. Ничего! Такое ощущение, будто ее отсекли от Источника. Она знала, что это не так, – рассказывали, что такой разрыв сопровождается жутчайшей болью, которую ничем невозможно унять, – но!..
В эти ошеломляющие, ни с чем не сравнимые мгновения мурддраал заставил ее открыть рот, поскреб клинком язык и надрезал ухо. И когда он выпрямился с ее кровью и слюной на клинке, она все поняла даже прежде, чем увидела крошечную хрупкую клетку из золотой проволоки и хрусталя. Кое-что можно сделать лишь здесь, и притом только с теми, кто способен направлять, и Могидин сама не раз приводила мужчин и женщин к этому озеру, где их ожидала страшная участь.
– Нет! – задыхаясь, прошептала она, не сводя взгляда с
Не обращая на нее внимания, Шайдар Харан соскреб жидкость со своего ножа и перенес на кор'совру. Ее кристаллические части обрели молочно-розовый цвет – первая необходимая ступень настройки. Мурддраал коротко, без замаха, одним движением кисти подбросил ловушку для разума над озером расплавленной лавы – вторая обязательная ступень настройки. Клетка из золота и хрусталя по дуге взвилась в воздух, но неожиданно замерла, повиснув над Скважиной, ведущей к узилищу Великого повелителя, в том месте, где Узор тоньше всего.
Могидин забыла о мурддраале. Она вскинула руки и протянула их к Скважине.
– Будь милосерден, Великий повелитель! – Она никогда не замечала, чтобы Великий повелитель Тьмы проявлял хоть какое-то милосердие, но, даже сидя в клетке с бешеными волками или с
ТЫ ЕЩЕ МОЖЕШЬ ПОСЛУЖИТЬ МНЕ.
Голос Великого повелителя привел ее в неописуемое, неконтролируемое состояние исступленного восторга. Но именно в это мгновение сверкающая ловушка для разума неожиданно засияла, точно солнце, и в самом разгаре своего восторга Могидин ощутила такую боль, будто ее поглотило огненное озеро. Восторг и боль слились воедино, и она завыла, забилась, словно потеряв остатки разума. Это продолжалось долго, очень долго, целые эпохи, а потом не осталось ничего, кроме страшной боли, живой памяти о ней и крошечных благодатных мгновений тьмы, когда исчезало все…
Могидин заметалась на тюфяке. Не надо больше! Пожалуйста!
Она с трудом узнала женщину, вошедшую в палатку, где ее содержали как пленницу…
Пожалуйста, завопила она в глубине сознания.
Женщина направила Силу, стало светлее, но Могидин видела лишь свет…
Она содрогалась в глубочайшем сне, вибрируя с головы до пят. Пожалуйста!
Женщина назвала себя Аран'гар и обратилась к Могидин по имени.
