— Казимир, старый хрыч, живой еще. Это я — Иван Удалой.
— Так это ты, — сказал Казимир, поняв кто пришел. — Блудный витязь вернулся!
Ворота приоткрылись и Иван зашел в деревню. Первое, что он отметил: на его знакомом была надета странная белая маска с вырезами для глаз и носа.
Зачем люди надевают маски? Чтобы спрятаться, скрыть свою личность от других людей. Позже так делал сам Иван во время некоторых ограблений. К моменту появления Ивана в Выродовке осталось лишь несколько семей. И все они вышли встретить своего односельчанина. Он сильно удивился, увидав, что все оставшееся население его деревни носит маски белого цвета. Он поторопился узнать причину всеобщего маскарада. Прятали лица они не от друг друга и не от него, а от Мрака. Ведь как он сможет вселиться в человека не имея возможности распознать его, отличить одного от другого. За масками они решили спрятаться от Мрачной силы, уничтожающей все живое.
Поначалу, лишь одна старуха в Выродовке носила маску. С ее помощью она отгородилась от окружающего ужаса. Когда в соседних деревнях начался Мрачный мор, она ходила полная уверенности, что ее это не коснется. Мрак не узнает ее. У нее появились подражатели. А раньше ведь ее считали дурой. Вскоре все жители деревни надели такие маски. Белые маски надежды.
Надеясь на лучшее, люди готовы поверить во что угодно, если это им теоретически может помочь. В моменты отчаяния, бред для них перестает быть бредом. Витязь смотрел на односельчан с недоумеванием, а они на него поглядывали с опаской. Ограничиваясь приветствующими жестами, находясь на расстоянии. У него было много вопросов но главным был всего один.
— Где моя дочь? Где Малуша? Хочу ее поскорее увидеть.
В ответ была тишина. Деревенские тихонько зашушукались между собой. Это напрягло Ивана. Похлопывание по плечу стало предвестником плохих новостей. Трагедия постучалась к нему в дом.
— Сначала у нее стали трястись руки, затем голова. Через пару дней ей стало тяжело ходить, все из-за тряски, — рассказывал Казимир, который со своей супругой присматривал за дочерью Ивана.
Представив свою дочь в таком состоянии, витязю стало не по себе, а Казимир продолжал:
— Вскоре, она вовсе слегла. Она бредила, у нее был сильный жар. Затем у нее покраснели глаза. Мы ни чем не могли ей помочь.
— Как вы с ней поступили? — дрожащим голосом спросил Иван.
— Когда она совсем впала в безумие и стала нападать на нас, мы связали ее… — Казимир осекся, ему было тяжело рассказывать такое отцу. Он подобрал аккуратные слова: — Мы о ней позаботились. Думаю, ты понимаешь.
Иван не хотел слышать подробности и поэтому расспрашивать не стал. Он тихо заплакал. Его одолели характерные для этого состояния мысли, что не был он хорошим отцом (что правда), что недолюбил дочь и недосказал ей важного. В этот момент отчаяния, он сожалел о потраченном вне дома времени, которое, как он сейчас понимал, было драгоценным.
Скорбящий отец вытер слезы и глубоко вздохнул.
— Вы ее похоронили после того, как…? — спросил Иван.
— Да. Сколотили гробик и погребли.
— Отведи меня.
Казимир отвел Ивана за частокол, к ветряной мельнице, которая находилась на холме, в нескольких минутах ходьбы от деревни. Там, за мельницей, была свежая могилка, не большой холмик. Он упал на колени перед могилой дочки и вновь заплакал.
— Ну привет, Малуша, — обратился Иван к своей дочери. Он говорил тихо, из-за душивших его слез, заикаясь и всхлипывая. В основном, прося прощение за все, что только можно.
Стоящий в сторонке, Казимир не мог разобрать его слов, да ему и не интересно это было, он все время озирался по сторонам. Он опасался находиться вне деревни. Ему хотелось бы поторопить Ивана, но как он мог, он же не бесчувственный кретин. Бедолага потерял дочку. Грустный же момент, сука.
Витязь замолчал и перестал плакать и Казимир подумал, что тот отвел душу и скоро они вернуться в деревню, но Иван вновь зарыдал и запричитал. Тихомир хотел отправиться уже домой. Но не оставлять же Ивана тут одного.
— Полно тебе слезы лить, — обратился он наконец к страдающему отцу. — Ее это не вернет. А от твоего плача и ей не спокойно будет на том свете.
Это подействовало. Иван утер слезы и встал с колен.
Казимир с его супругой позвали Ивана к себе в избу на ужин. Это был дружелюбный и уместный жест. Его дочка им была как родная, да и сам он им не чужой. Угощать им особо нечем, с каждым годом урожай все более скудный, последнее время они едят постную похлебку. Иван, разумеется принял предложение, не забыв спросить у Казимира, осталась ли у него в запасах медовуха (Казимир был известен в Выродовке своей медовухой). Осталась.
Наблюдая, как хозяева расставляют посуду и рассаживаются по местам, Иван подумал:
«Они и за столом маски не снимут?»
Не сняли.
