Нас преследуют любопытные взгляды. Я решаю, что прежде чем все обрушатся на меня с вопросами, ванна не помешает.
– И небольшая передышка, – дополняет мои мысли Афродита. – У тебя впереди еще куча поводов для волнения, поэтому нужно отдохнуть.
У входа во дворец нас встречает Мириам и отводит в хаммам. Скинув с себя одежду, я кладу корону на скамью и опускаюсь в прохладный бассейн. Вода здесь не такая ледяная, как во время купания с Азраэлем в Риме, но это больше и не нужно. По-моему, теперь у меня такая же температура тела, как у Юны. Я по-прежнему холоднее Азраэля, но больше не сделаю ему больно. Таким образом, одна проблема решена, но я все равно хочу вновь стать человеком.
Подобрав полы платья, Афродита садится на край бассейна и опускает в него только ноги.
– Освежает, – комментирует низкую температуру, а потом кладет ладонь на слегка округлившийся живот.
– Девочка или мальчик?
Если трансмутация не сработает, у меня никогда не будет детей. Меня расстраивает эта мысль. Впрочем, родить ребенка от Азраэля в любом случае не получилось бы. Нефилимы больше не рождаются. Впрочем, я не могу себе представить, что когда-нибудь снова полюблю другого мужчину.
– Мы не знаем, но я буду рада, если малыш появится на свет в Атлантиде.
Взяв мыло, я мою голову.
– Как теперь будут развиваться события?
До сих пор я не задавалась подобным вопросом, поскольку сомневалась, что мы найдем корону и вообще выживем.
– Определим день возвращения. Ты правда хочешь это сделать? – Ее самоуверенность как ветром сдуло. – Будь я на твоем месте, жутко бы на нас злилась.
– А кто сказал, что я не злюсь? – Я смываю пену.
– Вид у тебя не особенно злой.
– Злость все равно ничего не изменит, не так ли?
– Да, ничего, – соглашается она. – Я хотела с тобой познакомиться. Аполлон рассказывал, что ты очень умная, однако забыл упомянуть, что ты еще и мудрая.
– И кто теперь щедр на комплименты? – дразню я. – Видимо, ты у него научилась.
Афродита болтает ногами в воде.
– Он всегда был милее меня. Наверное, я буду скучать по миру людей, когда мы уйдем.
– Можешь остаться здесь или в любое время вернуться. – Я беру масло для ванны, пахнущее грейпфрутом и розмарином, и капаю на руки.
Афродита останавливает на мне задумчивый взгляд.
– Нет. Если мы уйдем, то навсегда, – признается она. – Мы и так натворили достаточно зла. Люди лучше справятся без нас. Это решение было принято давным-давно.
Я медленно киваю. Почему Азраэль мне об этом не сказал? Если она в курсе, значит, и он тоже.
– Ты пойдешь с Азраэлем?
Не могу отделаться от ощущения, что меня заманили сюда, только чтобы задать этот вопрос.
– Пусть сначала остров всплывет, а там решу, что делать.
Поэтому Азраэль признался мне в любви? Хочет, чтобы я бросила все и ушла с ним? Бросила свой мир и свою семью? Если останусь вампиром, это будет самое простое решение.
– Разумеется. – Встав, богиня приносит мне полотенце. – Сегодня Данте официально будет провозглашен правителем джиннов, и мы отпразднуем возвращение короны. На твоем месте я бы отказалась от вина.
Прежде чем я успеваю полюбопытствовать почему, Афродита, напевая что-то себе под нос, скрывается за одной из дверей. Вместо нее появляется Вида и провожает меня в женские покои. Там уже ждет Саида и протягивает мне стакан с кровью. Сначала я собиралась отказаться, поскольку еще чувствую на языке вкус Азраэля, однако разумнее будет выпить, учитывая, сколько во дворце существ, в которых течет теплая кровь.
– Ты не возьмешь корону на хранение? – прошу я. – До сих пор не совсем понимаю, почему Сет и Гор настояли на том, чтобы я ее взяла. Разве на нее не должны предъявить права Один или Зевс?
– Обязательно предъявят, и ты можешь ее им доверить. – Она мне подмигивает. – Хоть и мужчины, но даже они изменились. Правда, потребовалось несколько тысяч лет, и все же это доказывает, что порой невозможное возможно. Главное, по пути не потерять надежду.
Выражение ее лица вызывает у меня смех. По сравнению с опытом Саиды по части мужчин мой довольно ограничен.
– Мне бы очень не хотелось оставлять корону у себя на тумбочке. Просто на случай, если Осирис подошлет кого-нибудь ее украсть.
Саида сразу становится серьезной.
– Он не посмеет. К тому же мы везде выставили охрану. С тех пор как Исрафила и Исиду заключили под арест, он подозревает, что мы вот-вот выясним правду о событиях прошлого.
Я сажусь на кровать.
– Когда ты начала сомневаться в роли Сета в этой истории?
