Лазурь уже не могла удивить Лили. Она слышала про попытки покрасить гуся. По словам Меланты, мальчик, следивший за гусями, даже предложил помощь, чтобы развлечься.
Лили встала и вытянула руки.
— Это порадует матушку?
— Тебе идет зеленый, — сказала Джуния.
Крик Меланты и плеск заставили Эбена прибежать к ним. Он сначала нашел взглядом Лили, она рассмеялась из-за усилий, с которыми он старался смотреть на нее.
— Что поделать, — сказала Лили. — Мел решила вывести пятна экстремальным путем.
Даже Айви смеялась. Хейзел стояла в стороне, недовольно вскинув брови, но ее губы были сжаты, сдерживая улыбку.
— Хватит отводить взгляд, помоги вылезти, — Меланта вытянула руку.
Девушки пропустили его. Эбен вытащил Меланту и ее мокрое платье из пруда. Под ее ногами образовалась лужа.
— Я хочу вернуть свое платье, — сказала Лили. Это был бы отличный повод не идти на встречу с принцем Голиком.
— Ни за что, — Меланта выжимала воду из волос.
— Нельзя так встречаться с принцем, — сказала Хейзел.
— Я переоденусь и вернусь раньше, чем он войдет в замок.
— Мама это не одобрит.
— Я бегом.
Эбен не пошел за ней. Если бегущая Меланта привлечет внимание, то страж, бегущий за ней, — тем более.
— Пойдешь с нами? — сказала Лили. Она не хотела встречаться с кандидатом, но, если должна была, хотелось, чтобы Эбен был рядом, чтобы видеть, что никому не сравниться. Она не собиралась никого выбирать. Никто из них не был тем, чего она хотела.
— Конечно, — Эбен не протянул руку. Королевский страж так принцессу не сопровождает, даже если он был не на посту, но он в этот раз шел рядом с ней. Девушки последовали за ними, некоторые вслух рассуждали, будет ли принц красивым. Все знали лишь, что он был одного возраста с Лили и любил лошадей.
* * *
Вход в зал кипел активностью. Принц Голик прибыл раньше времени, но свита короля Итурии уже заняла свои места. Стражи в черно-золотом стояли у низа и верха лестниц. Служанки стояли вдоль стен, а Поль ждал, прижав ладони к дверям, готовый впустить их.
Несколько служанок остановили Лили и девочек у боковой двери, чтобы надеть на их головы простые золотые диадемы. У Лили в центре был рубин, маленькая версия короны матери. Пока отца не было, огненная корона с золотыми листьями и рубиновыми ягодами останется в шкатулке с вельветовым дном. Отец как-то раз дал ей примерить. Корона была символом, но она была рада, что правнук короля-солдата решил заменить настоящие ветви пираканты. Лили подавила улыбку, когда служанка с диадемой не нашла принцессу, и Мара шептала ей указания.
Мама стояла в центре зала, лучи солнца лились в окна, сияли на тысячи хрустальных капель люстры и серебристо-лавандовом платье матери. Серебряные ленты удерживали ее локоны на голове, корона соревновалась с золотыми волнами во внимании. Кроме усталости в глазах и нескольких морщин у рта, мама была похожа на одну из принцесс.
Лили шелестела туфлями по полу.
Мама разглядывала ее и девочек с головы до пят, ее взгляд художницы отмечал отличия в их виде, по сравнению с утром. Она вскинула бровь в вопросе, заметив отсутствие Меланты. Окинув Эбена взглядом, она кивнула головой, вежливо прогоняя его.
Лили надеялась, что он сможет остаться, но он не был в форме.
— Ваше величество, — Эбен поклонился и вышел в дверь, ведущую в библиотеку.
— Надеюсь, сегодня ваши манеры будут сиять, девочки, — потому что внешность оставляет желать лучшего. Это она хотела сказать.
— Где отец? — Лили встала рядом с матерью, пока девочки выстраивались по возрасту.
Мама ответила ровно, пока Поль открывал двери.
— Лезвиехвосты в Вините. Две деревни разрушены, он напали на город.
Конечно, отец ушел. Лезвия годами не были такими смелыми. Она надеялась, что драконья стража быстро с ними разберется, и проблем не будет.
Лили не могла думать о драконах. Ей нужно было не понравиться принцу.
— Его королевское высочество принц Голик, третий сын Оши.
Принц Голик вошел с маленькой свитой — паж и два стража. Он замер и отдал перчатки пажу, а потом прошел к маме. Он был ярким. Не в одежде, та была коричневой и в пятнах от дороги, и она не знала пока, какой у него характер, но его волосы были короткими и ярко-рыжими, торчали под разными углами на голове. Щетина на его лице скрывала веснушки.
Он ждал, пока Поль начнет представлять их, хотя точно помнил их имена и мог знать общие описания, чтобы не перепутать. Он посмотрел на ряд принцесс, потом на мать, а потом на одну из принцесс. Хейзел всегда привлекала внимание на таких встречах, но у многих кандидатов хватало манер не пялиться так открыто, как принц Голик. Его губы дрогнули в улыбке.
— Ее величество, королева Итурии Фернанда.
Голик посмотрел на мать, словно и не отводил взгляда. Он вежливо ответил, поцеловал руку матери и повторил это с Лили и Гвен.
Поль не успел представить объект интереса Голика, Меланта пробралась в зал и тихо заняла место между Хейзел и своей близняшкой, улыбаясь, что успела. Или радуясь, что самая высокая и красивая сестра стояла рядом с самой низкой и веснушчатой. Мама нахмурилась, но Голик даже не заметил опоздания.
— Принцесса Хейзел, — сказал Голик.
