Ахнула супруга Антона Сергеевича, картинно всплеснув руками, но сам он продолжал сидеть спокойно, словно изваяние.
Померанцев демонстративно приподнял крышку и вытащил небольшой холщовый мешок.
– А теперь посмотрите сюда, товарищи, – и он осторожно высыпал содержимое мешочка на стол.
На вязаную скатерть, шурша, посыпались, словно из рога изобилия, настоящие сокровища – броши с бриллиантами, золотые кованые цепи, браслеты, самоцветы, ожерелья…
– Это ваше? – спросил Померанцев.
– Господи! – всплеснула руками хозяйка. – Антоша, откуда все это? Ты мне никогда об этом не говорил. – Антон Сергеевич не шелохнулся. – Может, ты все-таки объяснишь мне?
– Это ваше? – настойчиво повторил Померанцев. – Откуда это у вас?
– Все эти драгоценности, – наконец выдавил из себя Зайцев, – я вижу впервые. – И, с трудом справляясь со спазмом, перехватившим его горло, продолжил – Я в этом доме живу сравнительно недавно… Скорее всего, все эти ценности остались от прежних хозяев.
– Возможно, так оно и есть в действительности, – не без труда согласился Померанцев. – Товарищ Мерзляков, опишите, пожалуйста, все драгоценности… с особой тщательностью.
– Слушаюсь, – сверкнул парень плутоватыми глазами. И, устроившись у самого стола, принялся бубнить: – …золотое колье с камнями красного цвета в количестве… двадцати пяти… двадцати шести штук. Два браслета из…
– Антоша, я тебя не понимаю, – шипела хозяйка. – Что все это значит?.. Мы были обладателями такого огромного состояния, а я ни о чем не знаю. Господи, да ведь это моя фамильная брошь, доставшаяся мне от прабабушки! Я-то думала, что потеряла ее на одном из балов, а она здесь. Антоша, как это все непорядочно! – тихо продолжала возмущаться хозяйка.
– Ты можешь наконец заткнуться! – процедил сквозь стиснутые зубы Антон Сергеевич.
Неожиданно в дальней комнате раздалось какое-то приглушенное кряхтенье.
– Что там такое происходит?! – вскочил Антон Сергеевич. – Варя, где вы?! Дайте я пройду!
– Вы лучше посидите, – слегка толкнул Зайцева на место Померанцев.
В дальней комнате раздался глухой стук, что-то упало, послышалось тяжелое сопение, а следом несколько ритмичных ударов.
Померанцев распахнул дверь и приостановился.
– Варя, – глухо зарычал Зайцев, ухватившись руками за голову, – что же здесь происходит?!
Третий оперативник, широколобый невысокий мужчина, поспешно поднимался с лежащей домработницы. Платье Вари было задрано до подмышек, а красивые длинные ноги неловко согнуты в коленях.
– Что это значит, товарищ Васильев? – сурово спросил Померанцев. – Что это значит?
– Я занялся обыском… товарищ Померанцев. Вошел в комнату, а эта гражданочка как бросилась мне на шею, так я едва отбился. Если не верите, можете спросить у нее.
Варя уже поднялась. Одернула платье, спрятав чарующую белизну тела, и теперь вновь напоминала задорную ученицу.
– Я этого так не оставлю! Я этого так не оставлю! – Указательный палец Зайцева угрожающе постукивал по столу.
– А вот этого я вам не советую, – с угрозой произнес Померанцев. – А вы, товарищ Васильев, должны помнить, что в любой ситуации важна революционная дисциплина, – сурово напомнил Померанцев, насупив брови. И, потеряв интерес к своему товарищу, протянул акт изъятия понятым: – Ознакомьтесь и распишитесь, товарищи.
Сложив драгоценности в кожаный саквояж, в котором обычно лекари таскают свои инструменты, нежданные гости сдержанно попрощались и вышли.
Несколько минут в комнате царило безмолвие, только в окно с обреченностью самоубийцы билась огромная темно-серая муха.
– Это черт знает что такое! – громыхнул кулаком по столу Антон Сергеевич. – Я для этой власти все, а они мне вон что вытворяют!.. Да выпустите вы наконец эту муху! – раздраженно крикнул Зайцев. – Она всю душу мне измотала!
Варенька распахнула окно, и вместе с насекомым за пределы комнаты улетучился стойкий запах гуталина и несвежего солдатского обмундирования.
На Варю никто старался не смотреть. Лишь Антон Сергеевич глянул мельком и тут же отвернулся. Цепким взглядом он успел заметить, что платье служанки порвано на боку, неряшливо свисают темные нитки.
Единственный человек, которого не затронуло случившееся, был именинник – негромко стуча серебряной вилочкой по фарфоровой тарелке, он ел заливную рыбу.
За последнюю неделю это было четвертое ограбление. А за месяц их набралось уже три десятка. Преступники действовали под видом чекистов. Облачившись в кожаные куртки, они заявлялись в квартиры состоятельных граждан и, показав удостоверения сотрудников уголовного розыска, якобы производили обыск. Как утверждали пострадавшие, операция по изъятию ценностей проделывалась очень профессионально: простукивались стены, пол, просматривались книги, вещи.
Однако предъявляемые документы на деле были поддельными – людей с такими фамилиями в уголовном розыске не существовало.
