– Наверное, в холодильнике есть еще пиво…
Гибсон вытащил оттуда упаковку из шести бутылок «Айрон-Сити», взял себе две и предложил одну Билли. Но тот отказался. Гибсон откупорил обе бутылки и протянул одну Билли.
– Мне очень жаль, – повторил он.
Глаза парня на секунду сверкнули, потом он успокоился, взял бутылку, и двое мужчин некоторое время пили молча.
– А чей тогда ребенок?
– Она сказала, что от какого-то парня по имени Том.
– Что она тебе о нем рассказывала?
– Немного. Так, общие вещи. В подобных случаях она всегда старалась перевести разговор на другую тему. И, честно говоря, поначалу я думал, что отец – вы.
– Я?!
– Ну, да. Ведь она постоянно о вас рассказывала. Я решил, что она придумала себе несуществующего бойфренда, чтобы как-то выгородить вас.
– Да нет, это не я…
– Знаю. Теперь я
– Здесь есть еще одна забавная штука.
– Какая?
– Все думали, что ты и есть Том Б.
– О господи, – почти прошептал Билли.
Наступила гробовая тишина. Наконец Гибсон спросил:
– А Медвежонок… ну, то есть Сюзанна… Она не злилась на меня?
– Шутите, что ли? Она все время придумывала, как лучше с вами связаться. А я ей все долблю: «Ты что, совсем из ума выжила? Он ведь под следствием. Тебя сейчас объявили чуть ли не во всемирный розыск, а ты вздумала рискнуть и отправить секретные сообщения чуваку, который сидит в тюрьме?» – Билли поднял руки. – Только без обид.
– Да ну что ты! – отмахнулся Гибсон.
– Скажите, а почему она так бредила вами?
– Просто раньше мы дружили семьями. Были тесно связаны с ее отцом.
– Да… Послушайте, она так вас любила! А меня просто сжирала зависть. Нет, это нужно было видеть! Но, так или иначе, ее нельзя было назвать папиной девочкой. Про отца она как-то и не вспоминала.
– Разве? – Гибсон наморщил лоб; он совсем не так себе это представлял. – А ты думаешь, Ломбард знал? Ну, о том, что она беременна?
– Нет, не думаю. В момент побега у Сьюз еще не было заметного живота. Но она очень боялась, как бы он вдруг не узнал обо всем. Я так понимаю, папочка просто сошел бы с ума. Он у нее крутой. Она рассказывала, что больше всего на свете его интересовала собственная карьера. И
Гибсон мысленно закончил эту историю. Медвежонок забеременела от бойфренда, таинственного Тома Б., и решает сбежать из дома. Она боится того, что сделает Бенджамин Ломбард, если только узнает обо всем. Такая версия представлялась вполне вероятной. Но зачем она воспользовалась помощью Билли, а не ее бойфренда, Тома Б.? Знал ли вообще этот Том, что стал отцом? Или, может быть, поэтому он и не объявился?..
– Ну, и где они теперь? Где Сюзанна? Где ребенок?
– Понятия не имею.
– Да ладно, Билли! История получилась захватывающая, но концовка-то никуда не годится.
Билли подошел к холодильнику, взял еще одну бутылку пива и, молча откупорив, осушил ее в несколько глотков. Вон наблюдал, как он поставил на стол пустую бутылку и взял себе другую. Потом повернулся к Гибсону и впился в него взглядом. В глазах его вновь заиграл огонь.
– Послушайте, если б я знал, что произошло со Сьюз, думаете, вы были бы здесь сейчас? Зачем вы мне, если б я это знал? Я не стал бы рисковать и объявляться, не стал бы взламывать и внедряться в сеть АКГ. И все ради того, чтобы рассказать вам все это наедине… Я поступил так потому, что не знаю, что с ней произошло. И это просто убивает меня. Я места себе не нахожу. Я ведь любил ее, но потерял. Я не смог позаботиться о ней так, как обещал. Ее ребенок… с ним что-то было не так. В последний месяц она сильно переживала. Испытывала какой-то странный дискомфорт. Это чувствовалось во всем. Она пыталась это скрыть, но потом я заметил кровь. Она ведь никуда не могла поехать, вы же понимаете? А я не знал, что мне для нее сделать. Оставлять ее одну было так тяжело… Хотел отвезти ее в больницу. Много раз умолял ее об этом, но она была чертовски упряма!
И Билли снова не смог сдержать слез.
– Я раздобыл Сьюз одноразовый телефон, чтобы она звонила мне в крайних случаях. Однажды ночью я получил сообщение. – Билли замолчал, словно пытаясь сдержаться, и его голос превратился в шепот. – Ее голос был такой мягкий. Она сказала, что любит меня и что ей очень жаль. «Мне обещали помочь», – сказала она. Да, именно так. Я тут же перезвонил, но никто так и не принял мой вызов. Не понимаете? Я не смог ей помочь; значит, она позвонила тому, кто смог. За ней приехали и куда-то увезли. Но не домой, а куда-то еще. Так ведь? Я все еще надеялся увидеть в новостях сообщение на тему «Пропавшая девочка-подросток вновь обрела семью». Но прошло десять лет, и ничего… Так вот, я тоже сейчас хочу спросить: где она?
– Думаешь, ее забрал Джордж Абэ и его люди?
