Можно представить себе, к чему приведет нас корпократия. Увидеть это можно в стране, где преобразование государственной собственности в частную привело к аккумуляции огромной доли промышленных ресурсов и национального богатства в руках немногочисленного класса. В этой стране корпорации помогли выбрать президента, профинансировав колоссальную избирательную кампанию. После чего новый глава государства заключил сделку с корпоративными боссами - они не лезут в политику, а он не пересматривает итоги приватизации и не пытается диктовать им условия управления их компаниями. Когда нефтяной магнат, один из богатейших бизнесменов в стране, начал угрожать нарушением пакта и призывать к большей финансовой прозрачности, равным условиям для всех акционеров и выработке стандартов корпоративного управления, правительство принимает решительные меры - магната сажают в тюрьму, а его бизнес раздирают на части. Тем временем кучка бизнесменов завладевает всеми деньгами, до которых может дотянуться. Как в Соединенных Штатах, это массивное перекачивание денег не противоречит тому, что считается законом.
Эта страна, как все уже догадались, - Россия, где ненасытные генеральные директора известны под именем олигархов и даже не делают вид, что их занимает социальная ответственность бизнеса. Может, это и честнее, чем заумная чушь, которой фонтанируют наши цари-философы от бизнеса, но неужели к такому будущему стремятся американские корпорации?
В пятницу, 10 мая 1901 года, трехэтажный дом под номером 10 на Броад-стрит в Нижнем Манхэттене снесли, чтобы построить на его месте здание в неоклассическом стиле. В нем разместилось одно из самых больших помещений в городе - торговый зал стремительно развивавшейся Нью-Йоркской фондовой биржи (NYSE).
Броад-стрит издавна была центром торговли - в начале XVII века, когда на ее месте еще был канал, а Нью-Йорк назывался Новым Амстердамом, индейцы приплывали сюда на каноэ и продавали овощи голландским колонистам. Но к концу XIX века биржа стала превращаться в место для проведения рыночных торгов, равного которому в мире не было. С 1895 по 1901 год, всего за пять лет, объем торгов на NYSE вырос в шесть раз. Самая, без сомнения, влиятельная биржа Америки нуждалась в новом помещении, и правление хотело, чтобы новое здание внушало доверие к бирже. Фасад, увенчанный мраморной скульптурной группой «Честность на защите трудов человеческих», символизировал честность и надежность, которые, как надеялись в NYSE, всегда будут ассоциироваться с биржей. Отчасти благодаря тому, что NYSE преуспела в поддержке своей репутации, сегодня Нью-Йоркская фондовая биржа, она же просто Биржа, она же Большое табло, является крупнейшей в мире по объему сделок в пересчете на доллары. Рыночная стоимость акций, обращающихся на NYSE, превышает 17 триллионов долларов, и в последнее время она все агрессивнее заявляет о себе на европейских рынках.
Наращивая силу и престиж, Биржа превратилась в символ национальной мощи и одновременно в олицетворение врага для тех, кто видел в капиталистической системе и Америке средоточие мирового зла. В полдень 16 сентября 1920 года рядом с Биржей, прямо у входа офис банка J.P. Morgan, взорвалась карета с динамитом. Взрывом повредило фасад здания, оторвало голову случайному прохожему, убило еще 29 и покалечило 100 человек. Считалось, что теракт был делом рук анархистов, хотя преступников так и не нашли. Биржа закрылась первый раз в своей истории, спасовав перед террористами. Когда на следующий день Уолл-стрит вернулась к работе, несколько тысяч человек собрались перед штаб-квартирой J.P. Morgan и пели America the Beautiful36. На случай, если кто-то не понял глубокого символизма момента, газеты написали, что отважные, патриотические труженики финансового рынка «были полны решимости показать всему миру, что бизнес продолжит работу, несмотря на бомбы».
Спустя ровно 81 год, 17 сентября 2001 года, история повторилась. На месте башен-близнецов разрушенного Всемирного торгового центра еще клубилась пыль, но глава Нью-Йоркской фондовой биржи Ричард Грассо, окруженный сенаторами, пожарными и полицейскими, объявил, что Биржа снова работает. Назвав ее символом национальной жизнестойкости, Грассо сказал собравшимся в торговом зале и всем, кто наблюдал за открытием торгов по телевизору: «Сегодня американский бизнес возобновляет свою работу, и мы хотим, чтобы преступники, стоявшие за этим чудовищным преступлением против Америки и американцев, поняли - они проиграли».
Память погибших почтили минутой молчания, и торги возобновились. Трейдеры бросились выполнять распоряжения о продаже, накопившиеся за последние шесть дней, и фондовый индекс рухнул на 600 пунктов. Однако паники не было, за несколько месяцев рынок оправился и возобновил ровное движение вверх. Об этом с гордостью и много рассказывают, но гораздо, гораздо реже упоминают о том, какой ценой достался этот успех.
