Собственно говоря, Goldman Sachs всегда опережал свое время. Располагающийся на Броад-стрит в двух кварталах от Биржи, членом которой он является с 1896 года, банк в XIX веке одним из первых начал выпускать корпоративные векселя, а в начале XX века занялся первичным размещением акций многих крупных компаний, включая Sears Roebuck в 1906 году. Фирма одной из первых в финансовом секторе стала усиленно рекрутировать выпускников лучших бизнес-школ со степенью в бизнес-администрировании, хотя поначалу эти «лучшие» представляли собой не слишком много.
Репутация Goldman Sachs сильно пострадала осенью 1929 года, когда выяснилось, что созданная банком компания, Goldman Sachs Trading (GST), оказалась финансовой пирамидой. Акции GST по 104 доллара купили около 40 тысяч инвесторов, а спустя три года они не стоили и 2 долларов. Однако к началу 1970-х об этом конфузе все давным-давно забыли, и Фирма уже начала собирать ту звездную команду, что поможет ей оседлать приближающийся бум.
Из Goldman Sachs вышли Генри Полсон - министр финансов в администрации Джорджа Буша-младшего, Роберт Рубин, занимавший этот пост при Билле Клинтоне, бывший сенатор, а ныне губернатор штата Нью-Джерси Джон Корзайн, бывший заместитель госсекретаря Джон Уайтхед, бывший глава аппарата Белого дома Джош Болтен и даже эксцентричный брокер-шоумен, кумир «трейдеров на диване» Джим Крамер, который ведет на канале CNBC шоу «Бешеные деньги». Goldman Sachs продолжает оставаться лучшим местом в мире для свежеиспеченных магистров делового администрирования, которые рвутся к небесам. И на то есть причины. В середине декабря 2006 года Goldman Sachs объявил, что прошедший финансовый год принес ему 37,7 миллиарда долларов выручки, чистая прибыль составила более 9,3 миллиарда, а 16,5 миллиарда пойдут на зарплаты, бонусы и премии по итогам года, что означало 622 тысячи долларов на сотрудника, включая секретарш и почтальонов.
В терминологии «Звездных войн», которую в 1970-х и 1980-х любили использовать где надо и где не надо, Goldman Sachs был орденом джедаев, бившихся с темными силами Дарта Вейдера, на роль которых удобно подошли Майкл Милкен и другие специалисты по мусорным облигациям, а также так называемые «корпоративные рейдеры». Goldman Sachs первой из всех брокерских фирм применила стратегию «белого рыцаря», помогая в 1974 году Electric Storage Battery избежать враждебного поглощения со стороны International Nickel и соперника Фирмы - Morgan Stanley. Все больше и больше топ-менеджеров искали помощи у Goldman Sachs, когда варвары начинали штурмовать стены их компаний. Для Фирмы и ее партнеров это означало деньги в банке, горы денег, для рейдеров - по большей части крушение планов. (Любопытно, что до дела Enron в тюрьму попадали почти исключительно рейдеры типа Милкена, которые бросали вызов окопавшемуся в компаниях руководству. Само руководство, похоже, могло своей халатностью сровнять с землей маленький город и безнаказанно удалиться.) В битвах рейдеров и руководства корпораций акционеры оказывались в положении мирных жителей, на чьей земле идут бои, и их интересы, равно как и любое подобие акционерной демократии, попросту растаптывались.
Законное оружие рейдеров в борьбе за повышение эффективности компаний - борьба за голоса. Будучи сами акционерами, рейдеры могут организовать кампанию по избавлению от балласта неэффективных директоров и менеджеров, а в конечном счете - и от неприбыльных активов. Это нормальный инвестиционный процесс, но, чтобы защитить компании, часто уже идущие ко дну и нуждающиеся в смене собственника, регуляторы отказывались упростить требования к голосованию по доверенности, запутанные до такой степени, что подлинные собственники-акционеры теряли всякое право голоса.
Сохранение существующего расклада сил было важнее всякого другого расклада, и, спасибо регуляторам, фарс под названием «борьба за доверенности» получил свое окончательное воплощение. При видимости реформирования процесса голосования, проводившегося SEC в начале 1990-х, реальность такова, что устав компании требует подавать предложения акционеров за месяцы до годового собрания -так, чтобы юристам хватило времени убедить отдел корпоративных финансов SEC' запретить любые неудобные для руководства предложения. Извещение о том, что предложение отклонено, почти всегда приходит всего за несколько дней до того, как в почтовом ящике оказывается бюллетень для голосования, и апелляции в суд или в SEC практически бесполезны. Поезд уже ушел, и следующая остановка -годовое собрание акционеров, такое же подложное и предопределенное, как любая пародия на демократию.
