Переход от одной модели к другой редко бывает резким. Внешне эффективные методы обслуживания потребителей в частном секторе приходят на смену методам раздражающе неповоротливого государственного сектора. И пусть не все идеально, и пусть письмо своему конгрессмену могло возыметь больший эффект, чем звонок на горячую линию общества защиты прав потребителей, но, по крайней мере, сейчас у нас есть возможность выбирать цену и качество обслуживания, чего не было в госсекторе. И со временем пациент, учащийся, водитель, «клиент», «получатель услуги» приспосабливаются к новому, «рентабельному» порядку вещей. Жизнь продолжается, но кое-что потерялось. Чувство связи с общественными институтами таяло, пока наконец не улетучилось.
Верно и обратное. Когда люди перестают служить, в широком смысле слова, государству и национальным интересам, а то, что когда-то считалось гражданским долгом, превращается в контрактные обязательства, в обществе начинаются фундаментальные сдвиги. Эти перемены тоже происходят постепенно, словно таяние ледника, но последствия глубоки и ощутимы.
Из всех видов деятельности государства ведение войны является наиболее серьезным, и из всех вызовов, с которыми может столкнуться глава государства, величайшим является вступление в войну и достижение в обществе политического консенсуса (и его сохранение на всем протяжении конфликта). Сегодня Линкольна помнят больше за вдохновляющую риторику, чем за политическую изворотливость, но только благодаря комбинации того и другого он смог объединять Север в течение четырех самых кровавых лет в нашей истории и сохранил союз, который при президенте меньшего калибра мог бы распасться.
Спустя тридцать с лишним лет после Гражданской войны адмирал Джордж Дьюи разбил испанскую эскадру в Манильской бухте. Экспедиция Дьюи положила начало превращению Соединенных Штатов Америки в великую морскую державу и одновременно добавила хлопот президентам: теперь им приходилось убеждать изоляционистски настроенное общество в необходимости не только рисковать величайшим достоянием нации - жизнью молодых американцев, но и рисковать ими на чужих берегах. Гибель «Лузитании» в 1915 году, истерические сообщения в газетах о зверствах немцев в Бельгии и расшифровка депеши Циммермана50 помогли Вудро Вильсону провести тонкую игру и переломить антивоенные настроения американцев. Атака японцев на Пёрл-Харбор и объявление Германией войны Соединенным Штатам избавили Рузвельта от необходимости сходной игры, требовавшейся, чтобы побороть нежелание нации снова браться за оружие, да еще воевать по ту сторону океана, который казался надежной защитой от неприятеля. Война в Корее (возможно, стоило бы называть ее не войной, а «действиями по наведению порядка», поскольку США выступали в составе сил ООН) и война во Вьетнаме породили схожие проблемы и потребовали от президента аналогичных талантов лидера и ловкости рук. (При всем своем коварстве, Тонкинская резолюция51, срежиссированная Линдоном Джонсоном, была, пожалуй, не большим обманом, чем начало войны с Испанией под девизом «Помни “Мэн”!»52.) Каждый раз правительству приходилось преодолевать сопротивление, порой организованное, порой стихийное - начиная с «призывных бунтов» 1863 года, зачинщиками которых выступили ирландские иммигранты в Нью-Йорке, до студенческих антивоенных выступлений во время войны во Вьетнаме, достигших трагического апогея 4 мая 1970 года, когда при разгоне акции протеста национальные гвардейцы убили четырех студентов Кентского университета.
Несомненно, неотъемлемой частью американского самосознания было ощущение, что война, которую Америка ведет или собирается объявить, затрагивает тебя лично и требует твоего личного участия, даже если это участие сводилось к антивоенным демонстрациям. Частично это было проявлением гражданского долга, но в канун войны оно всегда окрашивалось пониманием того, что перед военным призывом все равны. Войска вели в бой представители класса профессиональных военных, получивших соответствующее образование, но высаживались на чужих берегах, сидели в окопах и ходили в атаку вчерашние штатские, оставившие радости и обязательства мирной жизни, чтобы защитить нас от опасности.
