Туннель закончился шлюзом, и спустя минуту Всесильный уже был на борту «Звезды Аугусто». Напряжение последних минут покинуло его, и невысокий человек жестом отправил модов в каюту охраны. Он прошел в рубку управления и блаженно опустился в роскошное кресло, по совместительству с массажным являвшееся еще и пилотским. Переход утомил Президента, и он включил многочисленные системы релаксационных процедур. Кресло тихо зажужжало, приступив к работе, климат-система выдала в воздух легкую порцию ароматизатора. Надо будет сделать коридор самодвижущимся. Или даже запустить по нему флаер. Совершать второй такой переход когда бы то ни было еще раз ему не хотелось. В общем-то все не так уж и плохо. Сейчас он выйдет за пределы энергощита станции, зависнет рядом и возьмет под прицел орбитальную платформу в ожидании развития событий. Он так и не смог научиться убивать людей, глядя им в глаза, но нажать на кнопку, видя захваченный в прицел кусок металла особого труда не составляло. Но скорее всего до этого не дойдет. Надо лишь немного подождать, через четверо суток здесь будет десять тысяч модов, которые разотрут в порошок и Древних, и повстанцев, и вообще всех, кого только он ни пожелает. А после он разберется с Росом и этой Ритайли, и со всей шумихой, которую поднимут недовольные по этому поводу. Заодно можно будет провести чистку, давно уже он этим не занимался. Президент улыбнулся. А ведь все складывается как нельзя лучше, серьезная проблема благодаря гениальным решениям обернулась занятным приключением, внесшим разнообразие в монотонное течение времени. Может, слетать пока на Луну?
Всесильный полулежа в кресле активировал взлетную программу. Бортовой компьютер доложил об отсутствии готовности к вылету. Президент нахмурился и брезгливо ткнул пальцем в сенсор прямой связи с Центром Управления. В воздухе перед ним возникла голограмма, демонстрирующая пустое кресло дежурного оператора. Спустя две секунды испуганный человек в белом комбинезоне подбежал к устройству связи. Неслыханная наглость! Заставлять ждать самого Президента Аугусто! Сам факт подобного преступления мгновенно взбесил Всесильного.
— Господин Президент… — Промямлил дежурный. Его лицо было еще белее, чем его униформа, он весь сотрясался от страха. Ничего, злорадно подумал невысокий человек, сейчас тебе станет страшно по настоящему.
— Почему мой корабль до сих пор находится в захватах?!! — Свирепо рявкнул Президент. — Ослушаться приказа Президента?!! Это карается морализацией, жалкий червь! Даю тебе пять секунд!
Дежурный покачнулся, едва не потеряв сознание от ужаса.
— Господин Президент… я… мы… то есть они… — Президент с трудом сдерживал смех, прикидывая, через сколько секунд это ничтожество свалится в обморок.
Внезапно что-то отодвинуло дежурного, словно пустой бокал, и во всю голограмму возникла огромная черная фигура в неизвестном скафандре.
Лежащий на полу мод судорожно дергался в предсмертной агонии. Черный клинок с холодно-белой плазменной кромкой лезвия легко вошел в грудную клетку, словно в буханку хлеба, и оранжевая фигура затихла. Тринадцатый ходил по развороченной оранжерее и методично добивал раненых. Сюрпризы в тылу нам не нужны. Он подошел к размозженной плазменным зарядом клумбе и коротким движением вогнал плазмонож в сердце еще живому человеку в штатском. Сколько же вас тут понабежало, однако. А говорили, штатские оружием не пользуются. Угу. И инспектора тоже. Клинок даровал покой красной фигуре, конвульсивно дергающей обрубками ног. Майор направился к следующему раненому, украдкой поглядывая на полузасыпанного землей и выдранной с корнем зеленью гражданского, неподвижно лежащего в углу в обнимку с излучателем. Мужик усиленно изображал мертвого, хотя таковым не являлся. Тепловизор гермошлема четко показывал не остывающее тело и отсутствие кровотечения, а висящий на одном из немногих уцелевших кустов Чебурашка транслировал чужие образы, до отказа наполненные ненавистью, и попутно свои, удивляясь нежно-белой грозди орхидеи, неизвестно как сохранившейся в этой плазменной бойне. Интересно, когда штатский решит, что пришло время совершать подвиг? Плазменный клинок коротко перечеркнул еще одну судорожно хрипящую грудную клетку.
