— Малец мне не нужен, — от прозвучавшего голоса холодного, как зимняя стужа, Рене вся сжалась, боясь лишний раз шевельнуться. — Он неполноценен, его звёзды не стабильны. Она же вполне сгодится. Убей пацана. Отдай мне только её и своего отца!
Слова существа прозвучали приговором. Сердце бедной женщины чуть не лопнуло от страха.
— Не-ет! — отчаянно вскрикнула мать, закрывая собой в голос рыдающего мальчика.
— А ну, пшла прочь, тварь! — Борг, не шибко напрягаясь, оторвал Рене от ребёнка и с силой толкнул её прямо на символы, первый ряд которых тут же занялся светло-голубым пламенем. Одновременно с этим парень крепко приложил кулаком по тощей груди сводного брата, отправив малыша в полёт. — Подохни-и! — отвратительно осклабившись, прорычал свихнувшийся орк.
Крик матери и сына слились в один!
Лилу, больно ударившись о каменную стену, упал на пол и замер изломанной куклой. Сознание его плыло, в глазах двоилось, дышать удавалось с большим трудом.
— Лилу-у!!! — надрывалась бедная мать, почти не ощущая боль физическую от синего огня — сейчас её душу на лоскуты рвали чувства беспомощности и безысходности. Преодолеть стену, возникшую вокруг, она, сколько ни билась, опаляя руки и тело, так и не смогла. А сзади к ней подползал монстр, стремясь коснуться вожделенного тела.
— Ма-ма… — окровавленным ртом выдохнул ребёнок. — Лис-са… спас-си… — и, собрав остатки воли в кулак, закусив губу, сжал в руках монетку. —
Борг, тяжело шагая, подошёл к брату, небрежно ткнул носком сапога худенькое тельце.
— Думаю, пусть тебя сожрут роттеры, их тут много, они вечно голодные, — безумный огонь в глазах орка горел торжеством. Он добился своего. Он отомстил. Взгляд сам собой метнулся в угол — там связанным лежал Инг с кляпом во рту и пучил глаза на старшего сына. — Отец, вот зря ты клятву дал. Теперь и ты станешь кормом для моего Хозяина. С помощью мачехи и твоей я стану самым могущественным магом на этих землях, и смогу бросить вызов главе клана Дрэйхов. Меня ждёт богатство, власть… Бессмертие! — от представшей перед внутренним взором картины Борг сладострастно-предвкушающе облизнулся.
Его не трогал крик обезумевшей от горя матери, его не волновал полный мольбы взгляд Инга, он не обращал внимания на лежащего ничком Лилу…
Борг просто смотрел, нетерпеливо переставляя ногами, как к Рене, миллиметр за миллиметром подкрадывается антрацитовая клякса. Субстанция шипела и урчала, предвкушая сытный ужин. Монстр почти коснулся ног орки, как произошло что-то странное.
Борг ощутил неясную тревогу, но отреагировать не успел — на них налетел шквальный ветер, сметая всё на своём пути, сбивая с ног, впечатывая юношу в стену. А между чёрной тварью и его жертвой вдруг возникла едва заметная простому глазу золотистая преграда.
— Пш-ш! Кто посмел мне помешшать⁈ — мерзкий визг разлетелся по просторной пещере. Монстр завибрировал, заколыхался. Рванул вперёд, пытаясь прорваться сквозь чужеродную мембрану к вожделённой орке — да только жар опалил его тонкую кожу и, заверещав хуже свиньи, он дёрнулся назад.
— Я посмела, — раздался насмешливый голос со стороны входа.
Интерлюдия
Сердце разрывалось на части: Рене отчаянно пыталась прорваться через синюю полупрозрачную стену — туда, к своему сыну, изломанной куклой неподвижно застывшему на полу. Горячие слёзы текли по её щекам, руки покрылись волдырями, из ран, полученных при соприкосновении с магической пеленой, обильно сочилась кровь, падая на мерцающие на земле символы. Существо за спиной не волновало орку, всей своей душой, мыслями она была там, рядом с Лилу.
— Помоги, Великий Мейли! — кричала она, раз за разом ударяя по преграде. Наконец, обессилев, упала на колени, плечи тряслись от рыданий, в мыслях царил полный сумбур.
— Рене, — донеслось до неё, как сквозь вату. Голос знакомый, но такой далёкий, едва различимый. Орка с трудом подняла голову и тут же встретилась со взором ясных изумрудных глаз.
— Ли… Лисса? — выдохнула женщина, нутро сжалось в острой надежде.
— Погоди немного, — кивнула девушка, и, отойдя на шаг, вскинула руки. То, что последовало дальше, никак не вязалось со всем тем, что Рене знала об этой странной, порывистой дочери Хогга. Лисса всегда казалась ей чуточку сумасшедшей. И жутко везучей. Орка также полагала, что большая часть её успеха принадлежит Хоггу, благодаря ему Лисса так далеко продвинулась. Но…
С каждым мгновением глаза Рене становились всё больше, а челюсть всё ниже, боль в израненных руках отошла на задний план — всё внимание женщины было приковано к юной волшебнице.
Магия рун даётся далеко не всем, проще пересчитать тех, кто ей владеет. И вот вчерашний ребёнок — Лисса Мунк безо всяких усилий, лишь поведя руками, создала целую связку символов: первое кольцо, второе, а в центр поместила одну-единственную, и всю эту, пульсирующую в такт сердцебиению, конструкцию толкнула в сторону стены, мешающей Рене прорваться к сыну.
Мир замер, шум исчез.
