— Вы привыкните, — пообещал Шишок, — Просто нужна закалка-тренировка.
— О чем ты говоришь с Шишком? — спросила Катя.
— Шишок предлагает еще раз спуститься в ту тень.
— Давай попробуем, — легко согласилась Катя.
Она уселась перед валуном, начав созерцать его тень. Я уселся рядом, выделив для восприятия магоканал. Очень скоро тень снова стала выпуклой, обретя невероятную резкость и глубину.
— Готова?
— Готова.
Я взял ее за руку, и мы вместе шагнули. Почему-то в прошлый раз мне казалось, что здесь довольно холодно, я вроде бы даже помнил как на выдохе выбивался морозный парок. Но нет. Здесь на самом деле воздух не холодный, валун на ощупь даже теплее, чем на обычной изнанке. Но озноб по костям снова загулял. Видимо, тут дело не в температуре, а в особенности этого пространства.
— Странно, — сказала Катя, с любопытством осматриваясь.
— Что странно?
— В прошлый раз ты меня резко сюда затолкал, а в этот раз мы вошли плавно.
— И что изменилось?
— В тот раз мне немножко передалось твое видение, но из-за резкого перехода я его сразу утратила. А вот теперь смогла удержать.
— Так это здорово, что ты видишь?
— Вижу, как жгуты магической силы пронизывают землю.
— Круто, а Шишка теперь видишь?
— Где он? — Катя завертела головой.
— Да вот же, прямо перед тобой.
Катя некоторое время вглядывалась вперед и хмурилась, будто никак не могла настроить восприятие, а затем ей как будто пришло озарение.
— Так вот ты какой, Шишок!
— Да, я такой, — Шишок тоже очень обрадовался, — Теперь ты меня видишь.
— И слышу, — добавила Катя.
В этот раз мы решили не торчать у валуна как приклеенные и прогуляться. Шишок убедил нас, что обратную дорогу не потеряет. Мы отошли от валуна и утратили возможность выглядывать из тени на поверхность обычной изнанки, зато теперь мы очень четко стали воспринимать пространство межмирья.
Мы разглядывали сыпучие дюны, лишенные растительности, видели, как движутся свинцовые облака по низкому небу. Стали чувствовать дуновения ветра. Вот только очень быстро начали уставать.
— Как я и говорил, — пояснил нам Шишок, — Прогулки по дюнам — это как закалка и тренировка. Со временем вы перестанете чувствовать неуют и очень окрепнете. Ваши тела станут намного сильнее и выносливее.
Через десять минут ходьбы я понял, что вымотался так, будто прошел километров десять с тяжелым рюкзаком на плечах. Катя выглядела не лучше.
— По-моему для первого раза достаточно, — сказал я, — Давайте возвращаться.
— Давайте, — тут же согласилась Катя.
Мы пошли обратно. На Шишка пространство межмирья тоже действовало особенным образом. Он вроде бы отяжелел. Летел низко и медленно, а если маневрировал, то ему приходилось преодолевать инерцию.
Когда мы прошли примерно половину обратного пути, мы с Шишком одновременно увидели химеру, летящую на бреющем полете. Здесь она тоже была намного плотнее. Не имела той стремительной скорости. Химера нас заметила и решила атаковать.
— Скорее, под защиту, — крикнула Катя.
Она схватила меня за левое плечо, а я навел на подлетающую химеру атакующее кольцо. Шишок тоже прижался к нам поближе, чтобы попасть под нашу защиту.
Химера врезалась в наш защитный купол, и ее отбросило в сторону. Пока она была дезориентирована, я разрядил в нее огненное заклятие, а потом еще одно. Химера натурально заверещала, но не отстала. Сделала круг, как Мессершмитт, идущий на второй заход, и еще раз долбанулась об защиту. Я разрядил в нее последнее заклятие.
Тварь оказалась очень живучей. Она замедлилась, но и только. Пошла на еще один заход, делая разгонный круг.
— Макс, купол сейчас развалится, — предупредила Катя.
Я и сам видел, что защита слабеет. С третьего раза эта дрянь ее пробьет. Я начал действовать по какому-то наитию, хотя и не бездумно. Видение давало мне точное знание. Во-первых, я знал, что в этом пространстве все мы: Катя, я, Шишок, химера — стали плотнее. Во-вторых, знал, что Шишок плотнее химеры и в каком-то смысле массивней.
Я схватил его как футбольный мяч, слегка закрутил и пробил по нему ногой как нападающий по воротам. Только целился в химеру. Я бы может и не попал, но Шишок понял мой замысел и слегка подправил траекторию своего полета как ФАБ с системой корректировки на цель. Одновременно с этим Шишок еще больше уплотнился и, как мог, придал себе форму снаряда.
Шишок врезался в химеру словно ракета ПВО во вражеский истребитель. Химеру смяло как консервную банку. Она рухнула вниз, а сам Шишок благополучно замедлился, развернулся и подлетел обратно к нам с Катей.
— Шишок, ты живой?
— Что со мной сделается? Я бессмертный, — горделиво ответил Шишок, — И да, это было здорово. Никогда еще я не сбивал химер. Карачун узнает, обзавидуется.
— Давайте, сходим, посмотрим, — с азартом предложила Катя, — Что там осталось от этой химеры.
Все дружно согласились. Подбитая химера обнаружилась буквально за ближайшей дюной. Она была однозначно дохлая, но в сердцевине ее кожистого тела я увидел источник магии.
— Кать, приложи свой браслет вот сюда.
— Зачем? — удивилась Катя.
— Я думаю, мы его сейчас подзарядим.
