Книга вторая.Ясным летним днем жители Земли увидели в небе пугающе-огромные силуэты кораблей пришельцев - чуждых человеческому роду, а уже к вечеру вся планета стала полем битвы.После отражения первого удара у оказавшейся на краю гибели терранской цивилизации появилась возможность спасения, но цена немалая - и вот уже уже выжившие лидеры объединенных государств приносят оммаж с правом опеки новому владетелю из септиколийской знати. На другом конце Галактики в это время вчерашний студент Андрей Стенин, ныне энсин Стэн и командир взвода штурмовиков-бесов, оказавшийся слепым оружием в заговоре против Опоры Трона, делает сложный выбор между дезертирством и сохранением верности присяге Императору.
— Вадим… — сразу после щелчка дверного замка раздался томный голос супруги, вернувшийся из клиники реконструктивной хирургии.
Мужчина бросил лишь короткий взгляд в сторону прихожей, где раздевалась жена, в очередной раз кардинально скорректировавшая лицо с фигурой. И лишь коротко вздохнул, гася вспышку раздражения. От внешности той милой девушки, с которой он сочетался браком, и с которой прожил больше пяти лет, не осталось и следа. В комнату вошла высокая блондинка с осиной талией, в очередной раз измененными формами груди и ягодиц, а также неестественно увеличенными — согласно последней моде — глазами.
Вадим был заместителем главы комитета правительства Санкт-Петербурга по делам галактической интеграции, поэтому он и члены его семьи могли без ограничений пользоваться услугами медицинских клиник, оборудованных септиколийской техникой нового поколения — что открывало широчайшие возможности как по улучшению ресурса организма, так и косметической хирургии.
— Как тебе? — между тем поинтересовалась супруга, грациозно красуясь в полупируэте. Вадим, натянув одобрительную мину, машинально кивнул и отвернулся к окну. Он мог бы сейчас сказать, что внешность для него не играет первостепенное значение. Мог бы объяснить, что устал просыпаться в кровати с незнакомыми женщинами — внешность супруги последнее время менялась постоянно, иногда кардинально. Мог бы — но не стал. Подобные беседы Вадим пытался завести уже несколько раз, но не встречал понимания у супруги, ярко увлеченной возможностью быстро и безболезненно сменить внешний вид и параметры фигуры.
Жена продолжала что-то рассказывать, даже задавала какие-то вопросы, но Вадим не отвечал. Он отошел к окну, глядя невидящим взглядом в открытое пространство. С одиннадцатого этажа высотки открывался замечательный вид, и взгляду мужчины предстала панорама аэропорта Пулково и расположенный неподалеку вертолетный центр. Приложив лоб к прохладному стеклу — несмотря на календарное лето солнце в Петербурге показывалось из-за облаков нечасто, — Вадим задумался о том, что они с женой стали совершенно разными людьми, с совершенно несхожими интересами.
— Вадим! — окликнула его супруга в очередной раз.
Но мужчина не отвечал, всматриваясь в появившийся из облаков летающий объект чужеродных очертаний — напоминавший гигантский продолговатый кокон. Который неумолимо и обманчиво медленно спускался с небес на терминал аэропорта. Наблюдающий за пугающим зрелищем мужчина не заметил даже, как хлопнула дверью гостиной жена, возмущенная его невниманием.
— Вадим, иди сюда, тут в новостях какие-то ужасы говорят! — вдруг крикнула супруга, которая едва зайдя на кухню по привычке машинально сразу включила телевизор.
Вадим снова не ответил, оторопело наблюдая за тем как на терминал, словно пикирующий дирижабль невероятно больших размеров, приземляется страшный кокон. Корабль чужих был словно живой — покрытый блестящей, перевитой будто жгутами черных вен, чешуей. Неожиданно пол под ногами мужчины вздрогнул, здание ощутимо тряхнуло. Задрожали стены, с резким хлопком вышла из пазов оконная рама — Вадим, отпрянув от неожиданности, не удержался на ногах.
Все здание наполнилось грохотом и скрежетом, с улицы вместе с шумом ветра через перекошенное окно ворвались звуки взвывших автомобильных сигнализаций. Вадим попытался подняться и выглянуть на улицу, но с наружной стороны дома вдруг раздался громкий треск, и обзор заслонила падающая кладка здания, в которой виднелась мелькающая домашняя утварь.
На четвереньках, выпрямляясь на ходу, Вадим добежал до прихожей и распахнул межкомнатную дверь на кухню. И пронзительно закричал — едва не вывалившись наружу и увидев перед собой пятьдесят метров пропасти: верхнюю часть здания словно срезали наискось, наполовину уменьшив квартиру. Вадим в ужасе заметил внизу еще один кокон, подобный тому, что он видел только что над аэропортом. Но этот приземлился совсем рядом с многоэтажкой, заняв немалых размеров перекресток перед домом. Корабль чужих, коснувшись земли, потерял ровные очертания и словно сплющился, напоминая теперь упавший с большой высоты полусдувшийся мяч.
Не обращая внимания на завывания ветра, мужчина широко открытыми глазами наблюдал за тем, как подобно лепесткам цветка раскрылась чешуя оболочки и из кокона вывалилась плотная шевелящаяся масса. Лавинообразной волной страшный живой ковер пополз по улице, понемногу рассыпаясь черными туловищами пришельцев. Замелькали, сливаясь в пелерину грязно-серого покрывала многочисленные составные лапы — чужие двигались дергано и рвано, напоминая орду гигантских муравьев.
