Планета Каргар находилась в красной зоне экрана. До ее поверхности мы могли добраться лишь с семидесяти трех процентной вероятностью – и без возможности сохранения жизни тех, кто находится на борту без комплектов индивидуальной защиты. Которые были лишь у троих – желтоглазого егеря, медика и специалиста станции со знаками отличия планетарной обороны. Два комплекта доспехов – Юза и Джея, могли подарить еще две жизни.
Был также вариант оставаться на месте, ожидая помощи или эвакуации, но тогда каждая минута – ненамного, но уменьшает наши шансы добраться до Каргара, по мере расхода энергии систем жизнеобеспечения. А учитывая, что на поверхности планеты идет бой, нам необходимо туда как можно скорее – есть у меня предчувствие, что помощи или эвакуации нам в ближайшее время точно не будет. А добраться до поверхности Каргара – единственный способ попробовать найти более подходящий, чем наш челнок, корабль для бегства из обреченной системы.
Ощутив позади чужое присутствие, я коротко обернулся. Забрызганная кровью девушка-медик – юная совсем, практикантка вероятно, и снявший шлем егерь. Сильван – оглядел я непривычную взгляду форму ушей и странные глаза – полностью желтые, с изумрудными капельками змеиных зрачков.
Не обращая внимания на данные таксети, я даже не стал всматривался в их идентификационные карточки – у меня, как у командира взвода, был полный доступ к информации об обоих вошедших в рубку. Повернувшись к астронавигационным экранам - чувствуя, как утекают секунды – словно в песочных часах, невидящим взглядом я смотрел на карту системы - понимая, что мне сейчас предстоит очень сложный выбор.
Мне снова предстоит решать, кому представится шанс выжить, а кому придется умереть.
Сквозь открытую переборку из десантного отсека слышались сдавленные всхлипы, протяжные стоны и близкий к истерике гомон – кто-то на одной ноте голосил без остановки, отказываясь верить в происходящее. Шумно сглотнув, переживая в памяти последние события, Ричи невольно дернулся от резкого звука, когда Стэн звучно хлопнул ладонью о шлем, закрыв забрало руками.
Грязно – очень грязно выругавшись на русском, командир откинулся на спинку кресла и замер в задумчивости. Появившиеся в пилотской кабине егерь и девушка-медик при этом невольно переглянулись – поведение космодесантника не вписывалось ни в какие этические нормы. Ричи скользнул по ним взглядом и машинально отметил, что белоснежный доспех медика был в весь в багровых кляксах – словно из шланга поливали под сильным напором. И присмотревшись, только сейчас заметил светлые, залитые чужой кровью волосы, с правой стороны слипающиеся подсыхающей коркой; выделяющиеся на бледном, белее мела лице горящие и чуть увеличенные – по последней септиколийской моде – голубые глаза. Светлые волосы, голубые глаза, черты лица и осанка - ошибиться в принадлежности девушки к сословию было невозможно, и Ричи даже ненадолго отринул вернувшуюся вязкую безнадегу, забыв о терзавших его мыслях. Кавианец первый раз в жизни видел представителя аристократии так близко, к тому же в полевых условиях – и осознание этого факта его немного встряхнуло. И тем более рядом была не просто аристократка, а одна из ангелов – августейших сестер милосердия, которыми по старой традиции становились только отпрыски высших кругов септиколийской знати.
«Дракон и ангелы его» - увидел Ричи фигурную вязь знаменитого имперского девиза на кирасе доспеха девушки. «Алисия» - чуть выше стандартным шрифтом позывной медика. Полное же ее имя было Виттория Алисия Элен Сабина, ланд-графиня Кастра-Райена, дочь Великого герцога Мэлландера из Дома Скорпиона – оторопело считал информацию с дисплей визора кавианец, беззвучно хлопавший ртом - что было не видно за закрытым забралом шлема. Данные о принадлежности ангела к Опоре Трона обладала закрытым характером, но Ричи увидел их потому, что находясь вне зоны действия других подразделений септиколийской армии, медик и егерь по решению алгоритма работы таксети приняли подчинение перед энсином-космодесантником.
57 легкодрагунский полк мобильной пехоты относился к имперским вспомогательным войскам в колониальных секторах, и его шефом была герцогиня Мэлландер, мать стоящей перед ним аристократки – об этом Ричи догадался сам, сложив паззл из обрывков знаний. И вновь оторопел – когда девушка-медик, скрывающая волнение, уверенным голосом начала задавать вопросы о происходящем, но была вдруг прервана абсолютно невежливым жестом командира. Алисия замолчала – не сумев скрыть удивления. В наступившей тишине сразу стали слышны стоны раненых из десантного отсека.
