- Кто же это у меня такой безбашенный? - спросил Алексей.
- Я фамилий не запомнил. Самое интересное, что им удалось заснять начало извержения и уйти оттуда живыми. А ведь подобрались почти вплотную, километров на двести до вулкана. Мало того что удрали сами, так еще привезли с собой молодую девчонку. Она решила полюбоваться на гейзеры, а они ее завернули.
- Красивая девчонка? - улыбнулся Алексей.
- Я ее не видел, - вернул улыбку адмирал. - Говорят, симпатичная. Лет ей всего пятнадцать, но уже есть на что посмотреть. Но там дело было в другом. У старшего в группе есть сестра, которая отличается от этой девчонки только цветом волос. Вот он ее и пожалел.
- Повезло, - сказал Алексей.
- Повезло, - согласился адмирал. - И не только ей, но и им. Через Сан Антонио им проехать не удалось: дороги были перегорожены машинами и завалены телами, да и накопители сдохли.
- Что за новости? - удивился Алексей. - Как они могли разрядиться?
- Им пришлось немало поездить, а потом еще на полную мощность гоняли охлаждение, чтобы не изжариться. В общем пришлось этой троице идти пешком через полгорода. Где-то уже на выходе их обстреляли, и вашего сердобольного программиста тяжело ранили. Второй отбился и с помощью девчонки потащил друга дальше. Когда сил тащить уже не осталось, она взяла один метатель и ушла искать машину. Потом, когда добрались до побережья, им еще пришлось нести раненого до места встречи. Вот и получилось, что он спас ее, а она - его. Без помощи этой девушки его напарник не справился бы. Мой капитан поначалу не хотел ее брать на борт, но пришлось.
- И что же его вынудило изменить решение? - поинтересовался Алексей.
- Второй ваш специалист. Он сказал, что тоже останется. Так что ее забрали, и сейчас вся команда с ней носится, как с родной. Капитан сказал, что замечательная девушка.
- Были бы они все такие! - сказал Алексей, имея в виду американцев. - Как состояние раненого?
- Гораздо лучше, но полежать придется. Им еще плыть пару дней до Севастополя.
- Извините, Александр Николаевич, - вмешался в их беседу секретарь. - С вами хочет говорить премьер-министр Японии. - Соединять?
- У меня пока все новости, - поднялся Васильев. - Не буду вас задерживать.
С экрана коммуникатора Алексею поклонился пожилой японец, одетый в черный костюм.
- Приветствую, ваше превосходительство! - сказал он, шевеля губами не в такт произносимым словам. - Прошу вас уделить мне несколько минут для важного разговора.
- Приветствую вас, господин Сатоми Морисима, - поклонился в ответ Алексей. - Ваша программа переводит и мой разговор? Или мне включить свою?
- Вы говорите на хорошем японском, - слегка улыбнулся премьер-министр. - Если позволите, чтобы вас не задерживать, я бы хотел перейти к делу. Мы знаем, что к катастрофе вы подготовились лучше всех и даже хотите принять к себе часть беженцев. У нас к вам деловое предложение. Вы можете принять восемь миллионов наших детей? Прошу вас не спешить говорить "нет". Дети будут в возрасте от пяти до десяти лет. Едят они немного, не много доставят и беспокойства. На каждых пятьдесят малышей мы отдаем одну девушку, которая будет за ними ухаживать. В оплату мы можем отдать вам любые технологии и много уникального оборудования. И уцелевшие никогда не потребуют своих детей обратно. Мы предпринимаем большие усилия для спасения населения, но всех спасти не сможем, а детям придется труднее всего.
- Мы вам поможем, - ответил ему Алексей. - Только детей вам придется доставлять во Владивосток самим, а уж мы их оттуда эвакуируем. Тянуть с этим не стоит, так как мы ожидаем осложнений с Китаем. Да, с оборудованием можете не спешить, а информацию по технологиям передадите по каналу, который вам предоставят.
- Не ожидала я от них такого! - сказала Лида, когда Алексей вечером рассказал ей о договоре с японцами. - Ты европейцам сам предложил, и, наверное, откажутся, а эти...
- Потому что в Европе полно придурков! - охарактеризовал Европу муж. - Они еще не до конца осознали всю серьезность положения, а когда осознают, поезд уже уйдет. Да и не смогут они ни о чем договориться, перемрут вместе с детьми. А японцам сейчас не позавидуешь. Их острова и пятидесяти миллионов не прокормят, а населения почти в три раза больше. И море, которым тоже кормились, сейчас почти ничего не даст, а купить ничего не получится. И еще эта их Фудзи начала плеваться огнем. К соседям тоже не сунешься - не те у них соседи. И кислотой сверху поливает. Но в отличие от европейцев, это правильный народ. И организованный, и дети для них - это высшая ценность. А мы им даем жизнь. И не только им, они нам под шумок сто шестьдесят тысяч своих девчат сплавляют.
- И ты их берешь. А как же бразильцы?
