Схема пять – «родичи». Связанные общим делом или родством, в зависимости от обстановки, люди, которые могут спорить и ругаться о чем угодно, но по сути всегда стоят друг за друга горой. Применяется в основном для дезинформации противника. На любое сомнительное предположение или фразу, хоть краем цепляющую «родича», не очень трезвый оперативник выдает кучу информации о нем в виде якобы историй из жизни.
Эти пять схем используются чаще всего, и именно их со всеми вариациями отрабатывают все курсанты в Академии, чтобы в случае необходимости понимать напарника с полувзгляда. Остальные схемы очень ситуативные.
– Да как тебе сказать, – устало отозвалась я, – не каждый день все же такие отморозки меня в темном переулке ловят. Вроде и не мне их бояться, да вот… не ожидала я такого.
Тайрин тем временем свернул в парк и остановил кар на гостевой площадке. Здесь темно и давно уже никого не было. Повернулся ко мне, обнял за плечи и почти промурлыкал на ухо:
– Все уже закончилось, забудь. Завтра допрошу лично эту шваль, и, поверь, он пожалеет, что поднял на тебя руку.
Привлекая меня к себе, Тайрин нажал кнопку дополнительной защиты кара. Если это наша стандартная защита, то сейчас все окна становятся непрозрачными, падает магический «щит», отсекая все звуки и всю связь, а сфера «невнимания» отводит взгляды наблюдателей, если они есть.
Тайрин отстранился и вновь внимательно посмотрел на меня.
– Рассказывай, – вновь повторил он.
Излагаю всю историю вновь. На этот раз уже четко и без прикрас.
– Призрак… – задумчиво протянул Тайрин, глядя куда-то вдаль. – Интересно… Почему они пришли к тебе с этим вопросом?
Не сомневалась, что он зацепится именно за этот факт.
Вот только не могу я ему этого объяснить. Или могу?..
– Какой у тебя уровень допуска? – спросила я.
– Если ты о том, что Призрак – твой брат, то это я знаю, – лукаво подмигнул мне начальник. – А вот как они тебя с ним связали?
– Как раз это я и хочу выяснить у наемника, – отодвигая в сторону свое удивление, ответила я.
– Шайна, у тебя нет от меня тайн, – пояснил он. – Я не вхожу в руководство МУР, но о своих людях я знаю все. Просто потому, что должен понимать, где у вас уязвимые места и чего от вас ожидать.
Логично.
Но проверять его я не буду, хотя язык-то чешется.
У меня достаточно тайн и помимо брата.
– Молчишь? – улыбнулся мужчина. – Молодец. Но давай так, чтобы недомолвок у нас с тобой не осталось. Про родителей твоих я тоже знаю. И про отца, и про мать.
Даже так?..
Что ж, видимо, я зря не верила в Тайрина.
Он достаточно молод для должности начальника отдела обеспечения операций, едва ли на десяток лет меня старше. Да и должность, как он верно заметил, не входит в руководящий состав конторы, для которого нет закрытых разделов информации.
Однако аналитик – он и есть аналитик. Информация – его хлеб.
Возможно, лет через десять и я буду знать примерно столько же, невзирая ни на какие допуски.
Я молча кивнула.
– Так, с этим все, – продолжил Тайрин. – Завтра допросим твоего наемника. Соберешься к нему – зайди за мной.
– Хорошо.
– Куда тебя отвезти?
– В штаб. Там остался мой кар.
Тайрин снял защиту с кара и направил его в центр.
