Сестра Серафина обернулась, посмотреть среди толпы.
— Я… я не знаю. Возможно, он спал и не слышал…
Спал, как Петр в Саду, подумала мрачно Темпл. Или, быть может, он вовсе не спал.
— Сестра Мария-Моника увидела пламя из окна своей спальни, — продолжала сестра Серафина. — Так что мы позвонили пожарным, а потом лейтенанту Моллине. И Мэтту.
Темпл скривила лицо. Серафина только что упомянула двух людей, которых ей меньше всего хотелось бы сейчас видеть. Она ведь ужасно выглядела. Куда уж нам погорельцам!
А тем временем кто-то искал ее внимания – пожарный. Он подошел к ней с теми же вопросами, что задавала фотограф: имя, адрес, краткое заявление. Ответив, Темпл задала встречный вопрос.
— Как насчет?.. — начала она, все еще решительно настроенная получить всю интересующую ее информацию, как вдруг пронзительно завизжали шины, и рядом с «шевроле» остановился «Форд Краун Виктория» без опознавательных знаков, а за ним следом – полицейская машина.
Как красное море расступилось пред Моисеем, так толпа расступилась пред лейтенантом Моллиной, ее напарником и одетыми по форме полицейскими. Темпл съежилась, когда всевидящий взгляд Моллины прошелся по толпе и, конечно, заметил ее. Моллина закатила глаза, но даже не остановилась, а через секунду уже исчезла за дверью дома вместе с эскортом из полиции и пожарных.
Один остался снаружи, чтобы попросить людей разойтись. Хотя им вовсе не хотелось возвращаться к вечерним ток-шоу по телевизору, когда на их собственной улице происходило кое-что поинтереснее и вживую, да еще и обсудить можно прямо на месте. Ворча, они начали расходиться.
— Мы живем по соседству, — возразила сестра Серафина, когда пришла ее очередь.
— Вы монахини? — спросил полицейский. Темпл все еще сжимала одеяло, вопрос полицейского ее возмутил, но никто этого не заметил. — Лейтенант хочет с вами поговорить, позже, в монастыре.
Нахмурившись, он посмотрел в конец улицы, в одну сторону, в другую, но очевидно, не увидел ничего, что напоминало бы ему монастырь.
— Мы пойдем с миром, — ответила сестра Серафина, разворачивая Темпл.
— Я понесу Луи.
Темпл наклонилась, чтобы завернуть кота в свое одеяло, но еле сумела поднять его. Какой ужас! Даже только что насыщенный кислородом Луи весил, как пузатый поросенок.
— Подождите! — закричала она, вспомнив кое-что: – Там осталась моя сумка!
— С кошельком? — полицейский снова озабоченно сдвинул брови.
— В спальне, где начался пожар.
— Я проверю, — кивнул он в ответ. — Если мы решим, что нет необходимости конфисковать ее как улику, вы ее заберете.
— Улику? Конфисковать? Там мой ежедневник и ключи и от дома, и от машины! Что же мне без них делать?
— Я уверен, как-то можно это уладить… — он тяжело взглянул на Серафину, а потом снова на Темпл: – сестра, мэм.
— Оооо! — возмутилась Темпл, когда полицейский отошел. А потом спросила у сестры Серафины: – Я что выгляжу, как монахиня?
— Сейчас ты выглядишь слегка опаленной Мадонной с кошкой, — ответила, хихикая, Серафина. — Пойдем, нальем тебе хорошего горячего чая.
— Я бы предпочла хорошего горячего пунша, — внесла корректировку Темпл.
Ожидание лейтенанта Моллины в монастырской комнате для гостей не вязалось с представлениями Темпл о том, как нужно восстанавливаться от недавно перенесенного психологического и эмоционального стресса. Да и громадного Луи нести было не слишком приятно.
Она потащилась вдоль тротуара вместе с сестрой Серафиной, в то время как ее безудержное любопытство взяло передышку, а выносливость и вовсе ретировалась. Еще один автомобиль с мигалкой остановился рядом с ее машиной – присмотревшись, она узнала такси.
Из него выбрался Мэтт Девайн. Взглянув на машину Темпл, он тотчас помчался к дому Тайлер. Ему преградили путь копы; ровно мгновение это выглядело как потасовка с зачинанием драки.
— Мэтт, сюда! — пропела сестра Серафина. — Мы здесь. Все в порядке!
Мэтт снова глянул на пепельно-бледный фасад здания, который отражал красные огни машин спецслужб, а потом побежал в их сторону.
— Темпл? — он тревожно заглянул ей в лицо, которое, наверное, было бледным и запачканным. — Никто не сказал мне, что ты здесь. И Черныш Луи! Ты в порядке? Только честно!
— Ну, может, я сломала ноготь или два, а Луи четверть коготка.
— Дай я его возьму.
Когда из ее трясущихся от напряжения рук, причиной которому была, видимо, борьба с поджигателем – и, быть может, убийцей – меньше получаса назад, забрали девятикилограммовую ношу, Темпл, наконец, вздохнула с облегчением.
Мэтт тоже не был в восторге от массы тела Луи. Не успели они добраться до монастыря, как Мэтт тут же спустил его на пол.
Местный кот – Петр или Павел – вышел посмотреть, кто тут пришел. Еще пара любопытных носов (уже человеческих) высунулись на запах гари. Но угрозы фейерверка не было, так что они преспокойно отправились спать.
— Идите сюда, дорогая, садитесь, — взялась за Темпл сестра Роза: приговаривая голосом доброй тетушки, она не отходила от нее ни на шаг, словно Темпл была не иначе как фарфором от «Велик».
