Дайра запрыгнул ко мне, прошёлся вдоль кровати в одну сторону, потом в другую, а затем, потоптавшись, брякнулся, привалившись в аккурат к моей попе.
- Эй, ты! - рявкнула я, резко разворачиваясь.
Кот вскочил.
- А ну-ка, держи дистанцию! - прошипела я ему.
Он послушно спрыгнул вниз, забрался на мой чемодан и развалился там.
- Вот-вот, там можно, так уж и быть.
Мы полежали ещё с полчаса, я даже начала дремать.
Быстрые звучные шаги в коридоре - и пара грохочущих ударов в дверь.
- Аля, вы у себя?!
- А где мне ещё быть? Заходите, открыто!
Ольгер распахнул дверь. Он был бледнее обычного.
- Аля, не могли бы вы мне помочь?
- Понятия не имею. Смотря, что делать.
- Пойдёмте со мной, пожалуйста.
Я вскочила с кровати, Дайра тут же спрыгнул с чемодана, явно намереваясь бежать за нами.
И тут Ольгер наклонился к коту и громко, отрывисто и, я бы сказала, злобно проговорил несколько фраз.
Дайра вытаращил глаза и опустился на пятую точку.
Я пошла за Ольгером и, когда закрывала за собой дверь, видела, что кот по-прежнему сидит около чемодана и не двигается с места, провожая нас взглядом.
- Что вы ему сказали? - поинтересовалась я в спину Ольгеру.
- Что, если он до утра хотя бы переступит порог этой комнаты и попадётся мне на глаза, я последую вашему давешнему совету. Ветклиника тут за углом, приём круглосуточно.
- Если у вас ещё есть желание шутить, значит, не всё так плохо?
- Я не шутил, и Дайра это прекрасно понял, как вы успели заметить.
Я пришла вслед за Ольгером в столовую.
Окно было по-прежнему распахнуто, наполовину оборванные занавески развевались парусами.
- Я отправил Косту на пост, и лучше его оттуда не отвлекать, - произнёс Ольгер. - Брилле нет уже слишком долго. Поэтому я позвал вас. Если она вернётся, то мне почти наверняка потребуется помощь.
- Если вернётся?!
- Стопроцентной вероятности в природе не существует. Ни в чём, - туманно отозвался он.
- Что я должна делать?
- То, что я скажу. Если ничего не скажу, просто вернётесь к себе, - пояснил Ольгер. - А пока ждём.
Ольгер присел около обеденного стола. Я подумала и последовала его примеру.
Ждали мы недолго. Минут через десять Ольгер подскочил. Я тоже подпрыгнула было со своего места, но он взмахнул рукой:
- Сидите пока.
Он вышел на середину свободного пространства, не спуская глаз с кусочка неба за окном. Грозовой тучи уже давно не было, только унылый косой дождь поливал из каких-то невнятных облаков.
Ольгер внезапно напрягся. Я попробовала проследить за его взглядом, но не сразу смогла заметить небольшую чёрную точку, которая двигалась далеко над крышами. Она приближалась, медленно увеличиваясь в размерах.
Чёрная птица, небольшая, но с огромными крыльями, летела неловко. Она взмахивала одним крылом, а на другом пыталась планировать, сдерживая падение.
Я с ужасом представила, что будет, если она промажет мимо распахнутого окна и врежется в стену.
Но она смогла как-то вписаться в оконный проём и, уже падая в руки Ольгера, сложила крылья.
Ольгер поймал её, осмотрел, держа на весу и осторожно поворачивая.
- Аля, пожалуйста, две миски литра на три. Чайник кипятка. Полотенце чистое побольше, - уверенно перечислил он. - Ко мне в спальню, и побыстрее.
Он почти бегом унёс свою птицу.
Я проверила вес и температуру огромного чайника. Он был полный и ещё тёплый. На всякий случай я зажгла под ним газ, чтобы сделать погорячее. В шкафу нашла две здоровые цветные миски, на вид и ощупь бамбуковые. Там же нашлись и полотенца, такие старомодные вафельные.
Когда я вынесла всё это в коридор, спальню Ольгера я опознала сразу по распахнутой двери.
На большой квадратной постели повсюду валялись чёрные перья, а на окровавленном одеяле корчилась Брилле. Ольгер стоял над ней, закатывая рукава шёлковой сорочки.
- Миски на тумбочку. Чайник на пол, - скомандовал он. - Полотенце сюда давайте.
Ольгер тряхнул полотенце и развернул его:
- Пойдёт... Разрежьте на восемь частей!
- Чем?! Где у вас ножницы?
Ольгер с досадой отмахнулся от меня и, почти не напрягая рук, с треском порвал плотную ткань вдоль и поперёк.
- Перья пока уберите, - бросил он, занявшись водой и мисками.
Я посбрасывала перья, какие разглядела, прямо на пол, а потом ногой затолкала их под кровать.
Ольгер склонился над Брилле с куском полотенца, с которого капала вода. Быстро и осторожно он обтёр её с головы до ног.
- Рана только одна, - с облегчением сказал он. - И она поверхностная. А ушибов много. Рука, к счастью, не сломана, но сустав выбит... Ничего. Это всё ничего...
Бедняжка Брилле в самом деле была покрыта багровыми кровоподтёками, а локоть правой руки чудовищно опух.
Ольгер переложил отмытую Брилле на чистую половину постели, скинул вниз испорченное одеяло и накрыл девушку шёлковым стёганым покрывалом.
- Принесите, пожалуйста, низкую чашку и бутылку питьевой воды из холодильника, - попросил Ольгер.
Пока я бегала, Ольгер успел наложить на ушибы Брилле примочки.
- Что-то ещё? - спросила я, ставя чашку и бутылку на тумбочку.
- Теперь всё, идите.
- А я думала, вы лечитесь... ну... - я прищёлкнула пальцами. - Трах-тибидох, заклинание какое-нибудь, дым столбом...