- А Пашу, Мишу, Васю и прочих подобных вы не подозреваете в том, что они все женщины? - усмехнулся Ольгер. - Нет, конечно, всё бывает. Но с утра Дайра точно был котом.
Словно подтверждая всю нелепость моего предположения, полосатый Дайра вылез из-под кресла Ольгера, потоптался на одном месте, выгнул спину, вскинул хвост свечкой и добросовестно пометил Ольгеру штанину и ботинок.
Ольгер резко гневно выругался и с силой пнул кота ногой.
- Эй! - вырвалось у меня.
Ольгер вопросительно уставился на меня, вздёрнув тёмные брови.
Значительная часть моей симпатии к этому красавцу резко улетучилась.
- Вы что делаете?! Это же кот! Не хотите, чтобы он метил - кастрируйте! А бить-то зачем?!
Ольгер почесал кончик носа и задумчиво произнёс:
- Кастрировать, говорите?.. А это, кстати, мысль.
Кот прижал уши и от греха подальше на полусогнутых заполз под низкий антикварный диванчик.
- Мы отвлеклись, - встрепенулся Ольгер. - Коста, забери Дайру, мне надо закончить разговор.
Лысый Коста встал рядом с диванчиком на колени и заглянул под него. Я не разобрала, что он такое произнёс, но недовольная полосатая морда почти сразу же показалась наружу. Ловко схватив Дайру за шкирку, Коста посадил его в корзинку, защёлкнул сверху крышку и унёс кота из комнаты.
- Умный котик, - проговорила я, глядя им вслед.
- Да уж, не дурак, - согласился Ольгер, изучая меня. - И, как видите, репетитор по шведскому ему точно не нужен.
- Так это вы ему няню ищете?! - изумилась я. - Коту? Ни фига ж себе...
- Судя по вашей реакции... - усмехнулся Ольгер. - ... для ваших мест это ещё более необычно, чем имя Алиша.
- Ну, знаете, - я постаралась вежливой улыбкой как-то загладить свои неуместные эмоции. Я ж всё-таки на собеседование пришла. - Если человек может себе это позволить, что тут необычного?
- "Позволить себе"? - нахмурился он. - Вы имеете в виду финансовую составляющую?
Я, в общем-то, самая обыкновенная девчонка. Конечно, родительское воспитание, универ и нормальные друзья сделали из меня человека, который умеет и старается правильно себя вести и не показывает виду, когда рядом кто-то явно не от мира сего. Но я уже поняла, что не зря этот симпатичный, одетый с иголочки, безупречно вежливый и весь такой харизматичный мужчина прослыл чудиком.
- Конечно, финансовую, а какую же ещё? Если вы в состоянии пригласить няню не только к коту, но и к каждой его блохе, кто ж вам запретит?
Ольгер пристально взглянул на меня сощурившись.
- Извините, - буркнула я.
- Вы такие интересные идеи подкидываете, - серьёзно и задумчиво сказал он, а потом помолчал несколько секунд и уточнил. - Так вы любите котов, Аля?
- Кто же их не любит?
- Встречал я таких, - туманно проговорил он и резко поменял позу. - Итак. Не желаете ли поступить ко мне на работу?
- Кошачьей нянькой?
- Ну, если вам угодно именно так это называть, то да.
Разумеется, я не желала. И вообще, не в моём нынешнем положении и настроении хохмы травить в компании чокнутого богатея.
- Кажется, я вам не подхожу.
- Это вы так считаете, или думаете, что я так считаю? - серьёзно уточнил он. - Скажу за себя. Честно говоря, вы не совсем то, что я имел в виду, когда делал заказ в агентство. Возможно, вы даже совсем не то. Но так сложилось, что у меня нет времени продолжать поиски. А пока мы с вами тут разговаривали, у меня сложилось впечатление, что вы прекрасно справитесь с задачей. Мне необходимо, чтобы кто-то хорошо приглядывал за Дайрой. Это такой мерзавец... - вздохнул Ольгер. Со его странным акцентом у него получилось "мьерзавец". - Просачивается в любую щель и норовит удрать. Коста с ним замучился и забросил свои основные обязанности...
- Так может и правда кастрировать его? - предложила я. - Станет спокойнее и не будет рваться на улицу.
- Нет, не стоит, пожалуй, - угрюмо возразил Ольгер. - Я ценю ваше стремление облегчить мне жизнь...
- Да не вам, вообще-то, а коту.
- Тем более, - жёстко подытожил Ольгер. - Поверьте, он возражает.
Я только вздохнула. Вот он в чистом виде, известный науке феномен: все мужики так легко представляют себя на месте своих обожаемых котов, что предложение почикать коту яйца вызывает у них панический трепет и священное отрицание.
- Итак, я готов взять вас на работу, если вас устроит жалование, а также некоторые обстоятельства и сопутствующие обязанности.
Он вот прямо так и сказал "жалование". И я решила, что этот иностранец учил русский не иначе как у столетнего профессора, которые ещё с белогвардейскими офицерами пил на брудершафт.
- И сколько... какое жалование предлагаете? - спросила я чисто из вежливости.
- Пятьдесят, - кивнул он. - Пятьдесят тысяч.
Хм. Если даже откладывать что-то, то на отпуск на Мальдивах всё равно толком не скопить, и это минус. Но это практически в пятьдесят раз больше, чем у меня сейчас в кошельке, а это плюс.
- Мало? - уточнил Ольгер, в упор разглядывая меня.
- Мне не с чем сравнить, - нашла я резонное объяснение моему замешательству. - А что за "некоторые обстоятельства"?