«Кошка» интересуется, как идут дела у бывшей секретарши мэтра — мадемуазель Летонтарье, с которой Матильда тогда даже немного подружилась: ей приходилось часто бывать в канцелярии адвоката.
Затем «Кошка» вдруг кладет на стол фотографии Майкла Тротобаса, сделанные немцами два дня тому назад при его задержании.
— Кто это? — спрашивает она, затаив дыхание.
Блайхер навострил уши и внимательно наблюдает за выражением лица и реакцией Броля.
— Ну вы-то должны знать его хорошо, мадам!
— Я хотела бы, чтобы вы мне это подтвердили.
— А ведь Сильвестра из лилльской группы вы знаете так же хорошо, как и я. Он же лично просил вас разрешить им носить в вашу честь знак головы кошки...
— Вот это-то я и хотела от вас услышать!
— Что означает ваш вопрос? И откуда у вас эта фотография?
— Это не столь важно. Фотографию он мне прислал. Дело в том, что когда он в то время навестил меня, было темно, и я не разглядела его лица. А кто ведет ваши адвокатские дела. Какой-нибудь представитель или же вам удается самому, наряду с другими делами, заниматься своей практикой?
— Странно, разрешите мне еще раз взглянуть на фото? — просит Броль, заметно растерявшись.
— Да ну ее, эту фотографию.
Полковник Броль пугливо осматривается. Взгляд его падает на Блайхера. И тут он бормочет:
— Вы как раз напомнили мне о моей практике. Мне нужно срочно позвонить в бюро.
Поднявшись, он идет в направлении телефонных кабин. Через несколько минут поднимается и Блайхер. Однако, подойдя к телефонам, убеждается, что Броль уже ушел из гостиницы через черный ход.
28 июля 1945 года в ходе процесса против Матильды Каррэ была проведена очная ставка свидетеля адвоката Броля, полковника французских военно-воздушных сил, с обвиняемой. Вот несколько выдержек из протокола.
Свидетель:
«Мадам Каррэ показала мне фотографию капитана Майкла, и я подтвердил, что это он...»
Обвиняемая:
«Эта фотография была сделана с капитана Майкла во время его ареста... Немцы хотели выяснить характер его деятельности и содержание донесений в Лондон... На вопрос Блайхера, показавшего мне эту фотографию, кто это такой, я ответила, что капитана Майкла знает месье Броль...»
Свидетель:
«Когда я находился в гостинице «ГеоргУ», у меня вдруг появилось подсознательное чувство опасности, поэтому я постарался оттуда незаметно исчезнуть».
Капитану Майклу Тротобасу уйти от своей судьбы не удалось. Некоторое время он еще скрывался в Лилле и даже совершил самую крупнейшую диверсию, в результате которой важнейший паровозоремонтный завод был надолго выведен из строя. Тайная полевая полиция выследила его и обложила со всех сторон. При попытке ареста он оказал вооруженное сопротивление и был убит.
Полковник Бакмастер так рассказывает о его смерти:
«Майкл, будучи окружен, понял, что уйти ему невозможно, и принял решение продать свою жизнь как можно дороже...
После освобождения Франции, в октябре 1944 года, его группа Сопротивления промаршировала по бульвару Либерте, неся во главе колонны стяг с наименованием группы и эмблемой черной кошки, благодаря которой группа прогремела во всей стране».
После того, как полковник Броль, видимо, заподозрив что-то неладное, внезапно покинул столик в ресторане гостиницы «Георг V», за которым сидел вместе с «Кошкой», она поняла, что ей, действительно, необходимо хотя бы на какое-то время покинуть Францию.
В ходе последовавшего радиообмена была достигнута договоренность с Лондоном, что «Кошку» с де Вомекуром в ближайшую ночь заберет английский торпедный катер. Накануне во время вечерней передачи радиостанция Би-би-си назовет обусловленную фразу Место встречи на этот раз подобрано в другом районе.
Вечером 25 февраля 1942 года в 20 часов Блайхер с «Кошкой» сидят молча у приемника и слушают внимательно «частные сообщения» лондонской радиокомпании. Звучат фразы, их не касающиеся: «Эвелин идет с Артуром в кино»... «Снег летом не выпадет»... Но вот диктор произносит: «Дядя Ричард и тетя Мейбл за завтраком упали в обморок».
Оба смотрят друг на друга. Это сообщение — для них. Следовательно, завтра, в ночь с 26 на 27 февраля, операция повторится.
Блайхер выключает приемник.
— У меня такое ощущение, что на этот раз все должно получиться, — произносит он.
На следующее утро «Кошка», готовая к отъезду, стоит опять перед Блайхером. У подъезда ждет Карл. Вомекура они заберут по пути. На прощание Хуго говорит:
— Ну, всего хорошего! Я буду думать о тебе! Не беспокойся! Доброго пути и прощай!
— Нет, — возражает «Кошка», — не прощай, а до свидания через месяц! Не позже как через четыре недели я буду стоять у порога!
Она, пожалуй, и сама не верит, что возвратится. Но ей обязательно нужно испортить настроение своей сопернице Сюзанне, чтобы та не чувствовала себя спокойной и не очень-то рассчитывала пожить с Блайхером в этой квартире.
Матильда спускается по лестнице. Блайхер не может проводить ее до вокзала, чтобы не встречаться с Вомекуром, шефом групп французского Сопротивления. Хуго стоит у окна и смотрит на улицу. «Кошка» оборачивается, машет ему рукой и садится в машину.
