— Евка, ты совсем спятила на своей стрелятельной секции, — хмыкнул Антон. — Ну кто будет стучать в холодильнике? Колбаса? SOS, дорогие товарищи котлеты, меня сейчас съедят!
— У нас холодильник вообще очень странный, — прогудел папин бас. — Когда включается, он ревёт, как реактивный самолет. Я не удивлюсь, если он по ночам летает по кухне.
— По нашей кухне не очень-то разлетаешься, — вздохнула бабушка.
— А почему в моем компоте капуста? — обиженно спросила мама.
— Наверное, Митяй переложил из твоего борща в компот, — предположила бабушка, и все отвлеклись от таинственных стуков и начали вспоминать, что ещё натворил Митяй за день. Они решили, что непонятные звуки доносятся от соседей или вообще мерещатся. Ну и зря.
«Нет, сейчас все дома, — думал он. — А папа у них такой здоровенный, с ним лучше не связываться. Подожду до утра. Тогда в квартире останутся только бабушка и малявка, и я всё сделаю. Интересно, тот, что в коробке, не прокиснет до завтра? Или его надо хранить в холодильнике? Пожалуй, лучше не рисковать».
Он прошёл на кухню, достал из кармана маленькую плоскую коробочку и сунул в холодильник между колбасой и творожным сырком. В коробочке кто-то застонал, но он не расслышал.
— Ну что? — взволнованно спросил Антон на перемене. — Ты принесла василиска?
— Василисков отец в сейф запирает, — вздохнула Жучка. — Я баюнёнка принесла. У нас баюниха окотилась, аж восемь штук.
И она приоткрыла портфель. На дне сидел очаровательный белый котёнок, полупридавленный «Алгеброй».
— Что-то больно мал, — поморщился Антон. — Доза будет недостаточна.
— Много ты понимаешь, — оскорбилась Жучка. — Это очень сильное средство. Настоящий кот Баюн! Я всю литературу зевала.
— Я на лит-ре и без Баюна всегда зеваю, — подскочил к ребятам Валерка по прозвищу Вездеход. Прозвище было дано за пронырливость и повышенную проходимость сквозь всякие неприятности.
— Сначала я математичку загипнотизирую, — сказал Валерка. — Потом ты достаёшь кота.
Вообще-то вчера на алгебру планировался не Баюн, а василиск. Чего уж лучше — вредная математичка начинает контрольный опрос по логарифмическим неравенствам, и тут Жучка достаёт из портфеля василиска! Математичка при взгляде на него обращается в камень. Окаменелую математичку задвигают в угол за фикус, и страшные логарифмы больше никому не грозят.
Достать василиска поручили Жучке, её родители держали магазин «Волшебные животные». Чего только там не было: русалочьи мальки, яйца избушек-на-курьих-ножках, новорождённые грифончики, две взрослые Жар-птицы (не на продажу, а для освещения) и много всякого другого зверья. Жучка была уверена, что раздобыть одного несчастного василиска для нужд класса — плёвое дело. Но отец строго соблюдал правила техники безопасности.
— Опроса допустить нельзя, — горячился Валерка. — Половина наших не секут в этих неравенствах. Я вообще ничего не понял. Эх, Жучка, Жучка, не могла василиска спереть!
Вообще-то настоящее имя Жучки было Розалия. Она его терпеть не могла. Как только её не называли сначала: и Розалинда, и Розамунда, и Розмаринка, и Розливанка… После того, как тот же Валерка позвал: «Эй, как тебя… Розка, Розка, Мурка, Жучка!», — девочкино терпение лопнуло, и она объявила:
— Всё! Лучше уж я буду Жучка! А кто назовет Розалией, получит по башке яйцом птицы Рух!
Так Розалия стала Жучкой. Она была черненькая, шустрая и очень полезная для класса: то на знакомом кентавре покатает, то говорящего попугая принесет — правила подсказывать, то на физике феникса выпустит, чтоб его весь урок ловили. Она дружила с Евой, которую уважала за секцию пулевой стрельбы, и с Валеркой, который говорил, что умел гипнотизировать. Ещё к компании примыкал Антон, но он был, по мнению Жучки, ни то ни сё. Жучка терпела его из-за сестры. А не любила она вредного Пылюгина и отличницу Пеночкину.
— Покажи зверюшку, — заглянул в портфель Антонов сосед по парте.
— Отвали, Стоеросов, у тебя насморк, — закрыла портфель Жучка. — Ещё заразишь малыша. Чихай в сторону.
Стоеросов послушно чихнул в сторону, и тут же, словно он дожидался стоеросовского сигнального чиха, прозвенел звонок. Вошла математичка. Класс обречённо затих. Отличница Пеночкина втянула голову в плечи.
— Добрый день, — сказала учительница с садистской, по Жучкиному мнению, улыбкой. — Сегодня будет контрольный опрос по теме «Логарифмические неравенства». Кто отсутствует?
— Васильева болеет, — доложил дежурный Антон. — А Пылюгин отсутствует по неизвестной причине.
Он подумал: «Этому вредине повезло — прогулял контрольную». И посмотрел на Валерку — пора, мол, гипнотизировать. Валерка заёрзал на стуле…
— Ам-ман шелаа шахрат-тагиа мега-кефир… — по слогам прочитал неуверенный голос.
В комнате потемнело, раздался удар грома, и рассерженный бас произнёс:
— Меакафр, а не мега-кефир, о невежда! Апчхи!
— Тут непонятно написано, — возразил неуверенный голос. — И вообще не придирайся. Короче, я тебя вызвал, и ты обязан меня слушаться!
