– Сто пятьдесят тысяч. – Таня осторожно посмотрела на меня.
– Как нашёл! – Я достал кошелёк и протянул ей кредитку. – Не запаковывайте, просто заверните в бумагу. – Я вспомнил покупателя ваз. – Все эти ленточки-хуенточки не для нашего брата…
Кошка с Собакой охуеют, думаю…
Тут подвалила молодёжь. Выбрали себе какую-то свечку с запахом. Видимо, романтические отношения в разгаре… Было такое и у меня когда-то. Было и прошло.
– Я не тороплюсь, – сказал я Татьяне. – Отпустите детей.
Покопавшись в сумке, девчонка достала деньги, пока парень пялился на меч. Заплатила. И так же, с шутками и прибаутками они ушли.
Таня ещё раз посмотрела на меня:
– Точно хотите купить?
Я удивился, чего это она? На секунду сложилось ощущение, что отговаривает.
– Конечно, хочу. Это же идеальный подарок для Вована. Да я и сам очень проникся.
– Хорошо, – Таня кивнула, я даже не понял, мне или больше себе, и вставила карту в считыватель.
Я убрал кредитку в кошелёк и замер на секунду. Отложил его в сторону и ещё раз осторожно снял подарок с подставки. Не тяжёлый… Чертовски хороший презент! Я был очень доволен собой. С плеч как гора свалилась. Таня обернула подставку плёнкой с пузыриками, а меч осторожно завернула в коричневую бумагу. Перемахнула прозрачным скотчем, чтобы та не развернулась…
– Держите, – протянула мне два предмета.
Я взял покупки в обе руки:
– Татьяна, спасибо вам огромное!
С чувством выполненного долга я пошёл к машине. Покупки положил в багажник. Всё-таки если менты увидят, наверняка прогемороят с таким кладенцом.
Насвистывая что-то из старого, я повернул на проспект, притопил до мигающего зелёного и тут вспомнил, что кошелёк оставил на прилавке. Чтобы развернуться пришлось несколько кварталов проехать. Вернулся – у магазина запарковаться негде, люди приехали с работы. Ладно, думаю, встану вторым рядом на аварийке, как мудак, делов-то – забежал да выбежал.
Вбегаю. Кричу от дверей:
– Татьяна, забыл кошелёк. Вот голова – два уха! Не утащил никто?
Таня заглянула под бумажные листы. Достала мой лопатник, помахала им в воздухе.
– Отлично, а то мог так нелепо профукать…
Таня вышла навстречу, протянула забытый кошель:
– А я уже собралась закрываться. Машина в ремонте, так что езжу на общественном транспорте пока. Не хочу допоздна сидеть.
– Так я вас подвезу! Куда вам?
Она назвала адрес. Мне было по пути. Я убрал кошелёк в карман и повернулся к ней. Она оказалась прямо напротив. В следующую секунду мы уже целовались.
Не знаю, что там с точки зрения биохимии, но я просто не мог управлять своим телом. Как ебучий аватар, в прямом и переносном смысле.
– Подожди… – шептала Таня. – Я закрою дверь. Люди войдут…
Когда всё было кончено, мы сидели напротив друг друга в небольшом кабинете. На полу валялись вперемешку бумаги, канцелярия, клавиатура… Эта куча разделяла нас словно горный хребет. Разделяла всё, что произошло сейчас с нами, оттого, что было до этого. Мы сидели молча. Я думал о Марине, Таня, вероятно, о своём муже. И я хотел её ещё больше. Сколько так прошло времени, я не берусь сказать. У Тани зазвонил телефон. Она принялась благородно врать, что задержалась, но скоро выходит. Нет, заезжать за ней не нужно. Она хочет немного пройтись.
После разговора повернулась ко мне:
– Этот меч, это первая вещь, которую я купила для магазина. Ещё решила про себя, что если кто-нибудь его купит за такие деньги, то я с ним пересплю. В шутку конечно…
– Хороши шутки…
– Как теперь дома появиться? Зачем я это сделала…
– Мы сделали, – поправил я.
Всё-таки отвечать за поступки – это мужское занятие. Хотя если начать разбираться, кто первый начал, то в этом соревновании оба победители.
– Лёша, мы это больше не делаем, – Таня посмотрела на меня глазами побитой собаки.
– Нет.
Я шагнул к ней, переступая валяющееся барахло, и мы сделали это снова.
Таня попросила высадить её за пару кварталов. Я не возражал. Меня бы кто за пару кварталов высадил… Перед домом сидел в машине, гонял по голове мысли, пока не ёбнулся. Сиди – не сиди, домой всё равно идти придётся. Достал из багажника подарок. В подъезде парочка подозрительных личностей жалась к батарее. И тут меня прорвало. Я выхватил из свёртка меч:
– А ну, нахуй отсюда, наркоманы ебучие!
Наркош сдуло ветром, как не бывало.
Пока ехал на лифте, стучался лбом о стенку.
Мудак… Мудак… Мудак…
Дома Собака посмотрела на меня, потянула носом:
– Ну, ты и долбоёб…
Я кивнул.
– Зато подарок купил.
Достал меч, показал ей.
– Яйца бы лучше себе отрезал…
Кошка молча прошла мимо, не обращая на меня никакого внимания.
Марина уже собиралась спать. Я показал подарок. Она одобрила. Под предлогом вечернего душа, я сбежал из комнаты. Не мог смотреть ей в глаза. Мылся, как будто в последний раз. Наконец, когда кожа на пальцах разбухла, насухо растёр себя полотенцем.
– Что ты так долго? – Марина уже засыпала.
– Спи, дорогая. Я что-то неважно себя чувствую.
И я лёг, уткнувшись в подушку.
На следующий день я рассказал ей о том, что случилось. Через неделю она ушла.
Но в чём-то я оказался прав – Кошка с Собакой охуели.
