Конечно, он частенько бывал в гостях у своего друга, но все-таки для гостя-мужчины, которого к чайной церемонии допускают исключительно в самом финале в качестве дегустатора, такая наблюдательность – это редкое качество.
Но тут Саше пришла в голову одна мысль, и он крикнул на кухню:
– А я бы кофейку выпил! Дядя Семен, приготовите?
Не то чтобы Саше хотелось пить кофе, но он хотел посмотреть, как дядя Сеня справится с этим заданием.
Тот откликнулся моментально:
– Только растворимый, Сашок! Но хороший! Будешь?
Саша сказал, что будет, а про себя отметил, что дядя Сеня назвал марку кофе еще прежде, чем открыл дверцу шкафа, в котором стояла банка. И опять же, стоял кофе отдельно от чая, а дядя Сеня безошибочно вычислил и его место нахождения, и марку, и опять же, чашки для кофе тоже надо было еще поискать, а он их нашел так быстро, словно точно знал, где они стоят.
– Вы так хорошо ориентируетесь.
– Старая армейская закалка. Всюду чувствовать себя как дома.
Но это ровным счетом не объясняло, откуда дядя Сеня знал, где лежат чистые кухонные полотенца, а где взять бумажные салфетки, запас которых на столе подошел к концу.
Напоив и накормив всех желающих тортом, дядя Сеня начал одеваться.
– Поеду, свой долг я выполнил, больше мне у вас делать нечего. Надеюсь, о дне похорон моего дорогого Георгия уведомите.
Алиса, которая как раз в этот момент входила в дом, разговаривая с кем-то по телефону, обняла дядю Сеню, продолжая разговор:
– Да, тетя Соня, вы правильно едете, навигатор вас не подвел. Второй поворот будет тот, который вам нужен!
Дядя Сеня перестал завязывать шарф.
– А что, Соня тоже едет сюда?
Алиса четко помнила свою задачу, которая заключалась в том, что она должна была оповестить о переезде картин как можно большее количество народа, и громогласно возвестила:
– Их картины едут сюда! Те самые, с животными и их детенышами. У меня была кошка с котятами, у папы щенки, у Глафиры жеребенок, а у Анатолия Андреевича дома висели картины с коровой и овцами. Но теперь он хочет отдать эти картины нам. Говорит, что слишком нервная обстановка вокруг них складывается, он не хочет иметь ничего общего со всем этим. А нам уже все равно, тем более народу у нас в доме много, кто-нибудь да и выживет.
Из всего сказанного дядю Сеню заинтересовал только один момент, который он и уточнил:
– Значит, Соня приедет?
– Разумеется, тетушка с минуты на минуту будет тут.
Дядя Сеня тут же начал развязывать шарф и снимать уличные ботинки.
– Пожалуй, я еще схожу в туалет на дорожку.
На дорожку он сходил, но уходить домой явно передумал. Устроился в уголке и притих. На губах у него играла легкая улыбка, а весь вид говорил о том, что он погрузился в какие-то очень приятные мысли.
Появление Анатолия Андреевича с супругой не прошло незамеченным. Мужчина и так не отличался спокойным характером, а путешествие в сопровождении жены, которую он посадил на место штурмана, окончательно вывело его из равновесия. Он орал так, что весь район узнал, до чего безмозглое создание эта его жена.
– Надо было повернуть направо, она мне говорит, налево. Дожила до седых волос, а где право и лево – не отличает.
Вид у тетушки Софии был, как обычно, безмятежный и чуточку отсутствующий. Она мило улыбалась всем вокруг, что-то щебетала на своем птичьем языке и совсем не обращала внимания на бушующего рядом с ней супруга.
Впрочем, картины волок на себе лично Анатолий Андреевич, изрыгающий при этом громы и молнии и оповещающий всех вокруг, что он совсем не хочет, чтобы его самого и эту чокнутую, выжившую из ума идиотку, на которой его угораздило жениться и которую теперь он вынужден терпеть рядом с собой, убили из-за ее дурацких картин.
– Мало того что не находится охотников, которые бы могли избавить меня от этой старой докуки, так еще нас бы с ней и прихлопнули из-за чьей-то дурацкой мазни. Софья! Помоги мне!
Но тетушка София семенила вперед, совсем не обращая внимания на супруга.
– Она еще и глухая, словно пень! Софья!
Но тетушка не обращала на него ровным счетом никакого внимания. Она сразу же прошла на кухню, где вымыла руки, по-хозяйски достала чай и заварила себе чашечку душистого напитка. Действия ее до такой степени напомнили манипуляции дяди Сени, что Саша даже удивился. До чего похоже действуют эти двое. Такое впечатление, что они обжились в доме у Георгия Сергеевича не хуже самих хозяев.
– Как вам удается сохранять спокойствие духа? – спросил он у пожилой женщины. – Как я посмотрю, супруг у вас очень уж грозен.
Тетушка София просияла своей замечательной улыбкой и переспросила:
– А? Что ты сказал, мой милый?
Саша повторил.
– Ничего не слышу. Ах, вот в чем дело!
И тетушка достала из ушей белые мягкие комочки.
– Вот теперь порядок, – рассмеялась она.
– Что это у вас такое?
