— Это же надо, Гробница Великих Древних! Да вы настоящий шарлатан, сэр! — неприязненно произнес он. — Да я нашел бы куда более зловещие эпизоды в сказках братьев Гримм и разыскал бы больше раритетов на чердаке моей тетушки! Я надеялся, что ваша, с позволения сказать, экспозиция представляет хоть какой-то интерес, но, похоже, я ошибся. — Глаза посетителя саркастически блеснули за стеклами очков.
На какое-то мгновение сердце Андерсона застучало чаще обычного, но он постарался взять себя в руки. Может, настал тот самый долгожданный момент истины?.. Может, все-таки стоит попытаться?
— Вы несправедливы ко мне, сэр. Более того, вы задели мои чувства! — с театральным гневом, которому научился за долгие годы общения с балаганщиками, выпалил он. — Неужели вы действительно поверили, что я выставлю на всеобщее обозрение бесценные археологические находки? Разве стал бы я помещать их здесь, перед ордами бестолковых обывателей, из десяти тысяч которых лишь один распознает их, не говоря уж о том, чтобы по достоинству оценить?! Подождите!
С этими словами Андерсон нырнул в отгороженный участок шатра, где находились раритеты Гамильтона, и через несколько секунд вернулся с бронзовой статуэткой размером с ладонь. Очертаниями вещица походила на продолговатого, безглазого кальмара. Однако, несмотря на отсутствие даже относительного сходства с каким бы то ни было земным существом, смотрелась она на удивление зловеще. Андерсон почтительно протянул статуэтку бывшему профессору.
— Что вы скажете об этом? — поинтересовался он. Выбрав наугад этот предмет из числа прочих в коллекции своего покойного брата, Андерсон надеялся, что он действительно может представлять «научный интерес».
Его выбор оказался в высшей степени удачным. Хенли буквально впился в статуэтку глазами; выражение его лица стало постепенно меняться. Он принялся внимательно разглядывать «музейный экспонат», после чего произнес:
— Это обитающее в глубинах Земли существо, Шудд-Мьель, или нечто в том же роде. Сходство удивительное, и вещь, безусловно, весьма древняя. Отлита из бронзы, но скорее всего изготовлена ранее бронзового века. — Интонация Хенли неожиданно смягчилась. — Где вы её взяли?
— Значит, она вас все-таки заинтересовала? — улыбнулся Тарп, не зная, что ему делать: то ли все объяснить, то ли вообще отказаться от объяснений.
— Конечно, заинтересовала, — кивнул Хенли, и чересчур поспешно. — Я действительно был к вам несправедлив. Это в высшей степени любопытная вещица! У вас… у вас есть еще что-нибудь подобное?
— Всему свое время, — ответил Тарп, воздев руки в примиряющем жесте, с трудом сдерживая нестерпимое желание озвучить крайне важный для него вопрос. — Во-первых, кто вы такой? Вы же понимаете, что мои… вещи не предназначены для праздного любопытства, ведь они…
— Да, да, я вас прекрасно понимаю, — прервал его Хенли. — Меня зовут Хайрам Хенли. Я являюсь… точнее, раньше был профессором археологии и этнографии Мелдхэмского университета. Недавно я ушел оттуда, чтобы заняться собственными научными изысканиями. Признаюсь, что зашел к вам из любопытства. Один друг дал мне ваш входной билет, с забавным приглашением на обратной стороне… Скажу честно, ничего особенного я не ожидал увидеть, но…
— Но теперь вы увидели нечто такое, в реальность чего раньше не могли даже поверить, верно?
— Именно. А вы? Кто вы такой?
— Меня зовут Тарп, Андерсон Трап, я владелец этого… — он небрежно махнул рукой, — …этого заведения.
— Отлично, мистер Тарп, — сказан Хенли. — Мне крупно повезло, что я встретил человека, чьи познания в выбранной мною области соответствуют моим и который обладает столь ценной коллекцией. — С этими словами он поднял бронзовую статуэтку к глазам и на мгновение впился в нее взглядом. — Вы можете… показать мне остальные экспонаты?
— Я позволю вам лишь бегло взглянуть на них, — туманно пообещал Андерсон, поняв, что Хенли прочно сел на крючок. — Может, заключим сделку? Точнее, обменяемся кое-чем…
— Чем? У меня ничего нет. Что вы имеете в виду?
— Вам нечего дать мне взамен? — ответил вопросом на вопрос Тарп, приподнимая занавесь, закрывавшую вход в «музей», дабы Хенли мог шагнуть внутрь. — Но ведь вы, если не ошибаюсь, знаете древние языки?
— Древние языки всегда относились… — Бывший профессор не закончил фразу и шагнул внутрь. Здесь он остановился и обвел изумленным взглядом загадочные «экспонаты»: —…к сфере моих интересов. — Он снова сделал паузу и, вытянув руку, прикоснулся к идолу, затем к каменным табличкам, не в силах оторвать глаз от статуэток и тотемов. Наконец он повернулся к Тарпу. Лицо его раскраснелось от возбуждения и… Трудно сказать, что это было. Благоговейный трепет? Страх? Осуждение? Все вместе? Что-то другое?
— Я не украл их, уверяю вас, — быстро произнес Тарп.
— Нет, разумеется, не украли, — согласился Хенли. — Но ведь это… бесценные сокровища давних эпох!
Андерсон уже больше не мог сдерживаться.
— Древние языки… вы понимаете их? Вы можете сделать перевод с древнего языка на современный английский?
— Разумеется, но при условии…
