Фейт приблизилась ко мне и запечатлела слюнявый поцелуй на моем лице, трое ее сопляков наступали ей на пятки. Я с нетерпением ждала того дня, когда смогу передать их Руби. Как бы то ни было, Фейт все равно пришлось их кормить, и они творили чудеса для здешних детей. Младшей дочерью Лилит была трехлетняя наполовину банши, которая боялась почти всего, кроме, очевидно, трехголовых собак. Присутствие детей-монстров помогало ей и некоторым другим детям. Настолько, что я позволила Руби уговорить меня подержать их у себя еще немного… Но через двенадцать недель эти плохие парни собирались отправиться к ней.
Я схватила пригоршню меха Фейт и вскочила ей на спину. Я могла бы просто полететь, если бы захотела, но так было удобнее и Церберу, и мне. Здесь, в плавучем городе, на высоте тысяч футов, где нет ничего, кроме ветра, мы находили друг в друге все утешение, какое только могли.
Она взвыла и сбежала вниз по ступенькам, ее отродье тащилось за нами, пока мы не проехали половину города, прежде чем Фейт остановила нас. Одна ее голова запрокинулась, глядя на меня самыми большими щенячьими глазами. Я застонала, ущипнув себя за переносицу.
— Прекрасно. — Я вскинула руки в воздух. — Ты можешь пойти, но уродливые мусорные панды должны оставаться снаружи. Поняла? — Средняя голова заскулила, и я застонала, глядя в ночное небо надо мной. Я бы помолилась, но, учитывая, что моя лучшая подруга была тем самым божеством, которому молились эти люди, это не принесло бы мне особой пользы. Другой ее фамильяр был причиной, по которой у меня изначально возникла эта проблема. — Фу, какая разница. Просто заставь их замолчать, ладно? — Третья голова кивнула, виляя хвостом. Я наклонилась, чтобы почесать ее между лопаток, затем повернулась, чтобы зайти в бар. Качающиеся ставни с диким грохотом ударились о стены. Фейт и три марионетки вошли следом за мной и свернулись калачиком в углу гостиной.
Демонические бары на Земле были совершенно обычными по сравнению с теми, что были в Аду. Они впускали буквально каждого,
потому что вы никогда не знали, кто или что было фамильяром. Мои были постоянными посетителями и хорошо знали массивную собачью кровать в углу. Щедрый взнос от — анонимного — дарителя, то есть Руби. Она беспокоилась, что я слишком много времени провожу в одиночестве, и считала, что установка собачьих кроватей там, где я чаще всего бываю, — лучший способ побудить меня выйти на улицу.
У меня не хватило духу сказать ей, что у меня пока нет желания вступать в отношения. Хотя временами мне было одиноко, я все еще не покинула это место борьбы или бегства. Прямо сейчас я не была готова ни к чему серьезному. Впрочем, все в порядке. У меня был бармен Берт, и на сегодняшний вечер его было бы достаточно.
— Добрый вечер, Мойра. Что будем заказывать?
— Как обычно, — сказала я, направляя звуковые волны вперед, чтобы мой голос был слышен. Он улыбнулся, когда я села за стойку, и подвинул ко мне огромную матовую кружку с янтарной жидкостью. Это дерьмо было сварено из ферментированного белого лотоса и на вкус было совершенством. Я глубоко вдохнула и сделала большой глоток, выдыхая на более радостной ноте.
Иногда было хорошо быть мной. Холодный вечер в пабе с открытым счетом и эльфийским пивом всегда был одним из таких моментов.
Мое бессмертие только начиналось, и я планировала наслаждаться каждой его секундой.
ЭПИЛОГ
— ИТАК, ВСЕ, — сказала зеленая. — Сегодня ночь, когда мы коронуем Короля дураков! — Затем другие, с противоположными большими пальцами, начали хрюкать и топать ногами.
За время, проведенное с ней, Бандит знал, что зеленая колючая. Ее нужно будет убедить. В то время как Фейт обожала своего фамильяра, Руби была гораздо лучшим партнером по бонду. Ей нравилось кормить его сардинами, и она считала восхитительным, когда у малышей была огненная отрыжка. Да, она была лучшей спутницей жизни.
Бандит прищурил глаза, глядя на зеленую. Четверо мужчин Руби стояли на стульях вместе с другими демонами. Все они были покрыты едой.
