Мужчины предусмотрительно оставались во дворе и только в конце обеда их пригласили к столу. По виду своих молодых друзей Смирнов видел, что они не совсем довольны таким отношением женщин, тем более, что новые друзья потеряли в бою за их освобождение своего отца и старшего товарища. Заметив растущее напряжение, Смирнов напомнил друзьям, что эти девушки, в силу пережитого, пока невольно воспринимают всех мужчин исключительно как потенциальных злодеев. Несмотря на то, что обед закончился в гробовом молчании, дрожащем от напряжения, Смирнов увидел, что дикий ужас бывших пленниц при взгляде на мужчин сменился опасливо-настороженным отношением.
Вечером девушек разместили с относительными удобствами на первом этаже здания, так как никакая сила не могла заставить их подняться на второй. Этой ночью несли охрану разбившись на две группы. Это сделали из необходимости охранять не только вход в здание, подходы к нему и камеру с пленными, а так же необходимостью присматривать за освобожденными.
На следующий день после завтрака все начали собираться к отъезду. Еще накануне, новые друзья сообщили Смирнову, что не намерены пока возвращаться на родину, как и пока продолжать путь дальше, и готовы так-же поселиться за пределами города. Они решили дождаться полного выздоровления товарища, а так же собрать необходимое снаряжение и оружие.
К нежеланию Смирнова селить пленниц вблизи своего дома его Хакасские друзья отнеслись с пониманием, но неожиданно приняли решение селиться рядом с бывшими пленницами, вежливо отклонив все другие предложения. Смирнов не стал возражать, хоть и не до конца понимал мотивы принятия такого решения.
Валявшиеся недалеко от прицепа приспособления садистов вызвали небольшую панику среди освобожденных, но в общем, все прошло благополучно. Плененных садистов решили везти отдельно в машине Смирнова. Весь путь не занял много времени и уже после обеда они подъехали к домам, предложенным Смирновым для жилья. Александр показал более простые дома, так как при отсутствии электрического тока стоящие недалеко более комфортабельные коттеджи, для проживания явно не подходили. Осмотрев предложенное жилье, новые друзья оценили его по достоинству и занялись обустройством. Бывшие пленницы и группа Хакасов поселились в двух соседних домах.
Смирнов сообщил, что намерен съездить домой и привести новоселам самое необходимое на первое время. Неожиданная проблема возникла, когда он собрался увезти пленников с собой.
Такое решение Александр принял потому, что освобожденные девушки находились в крайне измотанном состоянии и нуждались в полноценном и длительном отдыхе.
Находившаяся во дворе баня ввергла их в состояние близкое к тихому помешательству. С помощью парней-Хакасов, (поразительно, но освобожденные в этой ситуации сразу перестали воспринимать мужскую половину человечества как глобальное зло) девушки полностью отдались подготовке к банному дню. Отсутствие хоть какого руководства привело бы к тому, что злодеи могли убежать, или, что еще страшнее- воспользоваться всеобщим расслаблением и попытаться продолжить свои злодеяния. По виду бывших пленниц Смирнов понял, что немедленного суда над обидчиками они не жаждут.
Поэтому, Александр, не советуясь ни с кем сел в машину, проверил как связаны пленные и завел двигатель. В это время бывшие пленницы окружили машину, и не расходились до тех пор, пока пленных не передали под охрану его друзьям Хакасам, которые хоть и не проявили радости относительно этой «почетной» обязанности, но и возражать не стали.
Подъехав к дому, Смирнов увидел выскочившую за ворота Дашу, с упреками набросившуюся на него и активно подкрепляющую свои слова ударами кулачков. Появившийся за ее спиной Иван знаками показывал, что ему пришлось пережить за эти дни. Проходя по двору, Александр с удовлетворением отметил, что его друзья не только переживали и ругались, но и занимались строительством фермы. За это время они возвели фундамент и стены.
Помывшись, он приступил к рассказу о своих приключениях, воспринятому самым серьезным образом. Даша категорически заявила о том, что обязана немедленно познакомится с бывшими пленницами и обвинила Смирнова в черствости за то, что он не привез их к ним домой. Поляков же, наоборот, одобрил такое решение.
