— Гм… Просто так случайности не происходят. Особенно у тебя. Ничего, я удовлетворен результатом. А теперь о работе. Мне нужно еще некоторое время, чтобы схватить возможные варианты. Тем временем пусть врачи побеспокоятся о новом ухе.
В конце концов мы решились на попытку проникновения в «Красную зону». Группа оценки ситуации дала заключение, что не было возможности изображать из себя перебежчика. Вопрос был вот в чем — каким образом становятся перебежчиками? С какой стати титаны ему поверят? Ответ приходил сам по себе — слизняк знает, что на уме у его «хозяина». Если титан, обладая разумом человека, понимает, что он настоящий перебежчик, человек, которым можно владеть, тогда он может служить целям слизняка и они могут позволить ему быть ренегатом, не делая из него тяглового «хозяина». Но прежде всего слизняку нужно измерить глубину низменных побуждений человека и убедиться в их постоянстве.
— Мы пришли к подобному выводу, исходя из логической необходимости — следуя человеческой логике, но это также могло быть и логикой слизняка, поскольку соответствовало тому, что титаны в состоянии делать, а что нет. Что касается меня, то для меня было невозможно даже под глубоким гипнотическим внушением пройти в качестве кандидата в перебежчики. Так решили психологи, и я ответил на это: «Аминь!»
Может показаться нелогичным, что титаны «освободят» кого-то из «хозяев», даже зная, что «хозяин» будет и дальше вести себя так, будто им владеет слизняк. Но в ренегатах слизняки получили некоторое количество «заслуживающих доверия» людей. Это было что-то вроде Пятой колонны. «Заслуживающие доверия» — не совсем то слово, но в человеческих языках еще нет такого понятия, обозначающего такую форму подлости. То, что ренегаты проникли в «Зеленую зону», не вызывало сомнений, но частенько было трудно определить, где участник Пятой колонны, а где просто дурак. Поэтому их было чертовски трудно ловить.
Таким образом, о том, чтобы проникнуть в «Красную зону» в качестве перебежчика, нечего было и думать. Я стал готовиться к тому, чтобы меня выбросили с парашютом над территорией одного из южно-американских государств. Однако в самый разгар подготовки сделало посадку еще одно летающее блюдце, на сей раз в Пасс-Кристиане.
Это было всего лишь третье блюдце, которое видели после приземления. Блюдце, совершившее посадку в Гриннеле, было замаскировано слизняками, а от блюдца вблизи Сан-Франциско осталась только радиоактивная память. А вот блюдце в Пасс-Кристиане было как прослежено по траектории, так и замечено на Земле.
Траекторию его проследила космическая станция Альфа и записала как «чрезвычайно крупный метеорит». Ошибка эта была обусловлена колоссальной скоростью. Посадка блюдца была зарегистрирована подводной лодкой «Роберт Фултон», находившейся в Мексиканском заливе. Блюдце будто возникло из ничего, снизило скорость и исчезло, но оператор засек место, где в последний раз или момент находилось пятно на экране радара. Оно находилось на берегу Миссисипи, в нескольких милях от морского побережья. Командир «Роберта Фултона» был сбит с толку. Опускавшийся предмет не мог быть кораблем — трудно было поверить, что возможно торможение, в пятьдесят раз превышающее ускорение земного притяжения. Ему и в голову не пришло, что это не имеет особого значения для слизняков. Он развернул подводную лодку и отдал приказ подойти поближе к месту посадки.
Первая его радиограмма гласила:
— Космический корабль совершил посадку на пляже к западу от Пасс-Кристиан, штат Миссисипи.
Вторая:
— Высаживаю десант для его захвата.
Если бы я не был в Отделе, занимаясь подготовкой к выполнению задания, возможно, все это прошло бы и мимо меня. Однако, поскольку я был здесь, то меня тут же вызвал к себе Старик.
На этот раз мы отправились точно в таком же составе, как и в тот первый раз многими неделями /или годами/ ранее. Старик, Мэри и я. Мы летели на юг с предельной скоростью. Старик не сразу рассказал нам о цели этой нашей вылазки.
— Почему опять именно под видом семьи? — спросил я, услышав его объяснения. — Здесь скорее нужна эскадрилья бомбардировщиков!
— Она там будем, не беспокойся, — угрюмо произнес Старик, затем как-то зло и по-старчески ухмыльнулся.
— Разве вам не все равно? Чем плохи были Каванахи? Что ты об этом думаешь, Мэри?
Я фыркнул.
— Если вам нужна эта бодяга типа «братика с сестричкой», то лучше было бы подыскать кого-нибудь другого.
— Только в этой части, которая связана с защитой от собак и незнакомцев, — серьезно ответил он. — Причем именно буквально: от собак и от совершенно незнакомых людей. На этот раз нам может попасться нечто совершенно неожиданное, сынок.
Нас едва не застрелили наши собственные люди, затем мы подхватили эскорт из двух черных ангелов, которые препроводили нас на флагманский корабль, с которого маршал авиации Рекстон наблюдал за операцией. Флагманский корабль выровнял скорость, чтобы взять нас на борт с помощью опорной цепи.
Маневр этот привел меня в замешательство.
