— Тогда начнем с азов. В самых ранних научных трудах галактической цивилизации уже отмечалось, что звезды черпают свою энергию из внутренних ядерных процессов. Учитывая то, что мы знали о недрах звезд, были известны два, и только два, типа ядерных реакций, способных дать необходимую энергию. Оба типа связаны с превращением водорода в гелий. Первая реакция — непосредственная: два ядра водорода и два дейтрона сливаются, превращаясь в ядро гелия. Вторая реакция — опосредованная, она проходит в несколько этапов, последний из которых также завершается образованием гелия из водорода, однако в ее промежуточных стадиях задействованы ядра углерода. Сам углерод не используется, но образуется по мере течения реакций. Ничтожного количества углерода достаточно для преобразования огромных масс водорода в гелий. Иными словами, углерод выступает в качестве катализатора. Все это известно еще с доисторических времен, когда человечество ютилось на одной-единственной планетке, — если легенды не врут.
— Если это всем известно, — прервал его Файф, — то, по-моему, вы впустую тратите наше время.
— Но больше нам ничего не известно. Мы до сих пор не знаем, происходит ли в звездах первая реакция, вторая или обе сразу. Мнения на этот счет разнятся. В целом ученые склоняются в пользу более простого непосредственного превращения водорода в гелий. Теперь — что касается теории Рика. Непосредственное водородно-гелиевое превращение — есть нормальный источник звездной энергии, однако в некоторых условиях углеродный катализ ускоряет процесс и разогревает звезду — так сказать, подбрасывает в «топку» звезды слишком много «угля». В космосе имеются течения, вы, надеюсь, об этом слышали. Некоторые из них — углеродные. Звезды, проходя сквозь эти потоки, захватывают множество атомов. Общая масса захваченных атомов невообразимо мала по сравнению с массой звезды и влияния не оказывает. Если бы только речь не шла об углероде! Звезда, прошедшая сквозь углеродный поток, становится нестабильной. Я не знаю, сколько сотен или миллионов лет требуется, чтобы атомы углерода диффундировали в недра звезды. Вероятно, немало. Это означает, что опасное углеродное течение должно быть широким, а звезда должна пересекать его под острым углом. Как только количество углерода, проникшего внутрь звезды, достигает критического уровня, ее излучение резко возрастает. Поверхность звезды взрывается, и мы получаем нову. Я понятно объяснил?
Юнц замолчал, ожидая ответа.
— И все это вы сообразили за несколько минут, услышав невнятные слова старосты, которые тот, в свою очередь, услышал год назад от аналитика? — наконец спросил Файф.
— Да-да, а что тут удивительного? Пространственный анализ готов к такой теории. Если бы это не открыл Рик, то очень скоро сделал бы кто-нибудь другой. Подобные гипотезы уже выдвигались, хотя и не принимались всерьез. В те времена еще не были разработаны методы и технические средства пространственного анализа, никто не мог объяснить, откуда в звезде берется избыточный углерод. Однако теперь мы знаем о существовании углеродных течений. Можем проложить их курсы, посмотреть, какие звезды за последние десять тысяч лет их пересекали, сравнить с предыдущими образованиями новых звезд и изменениями излучения. Думаю, это и проделал Рик. Должно быть, он пытался показать старосте свои расчеты и наблюдения. Но все мои рассуждения сейчас к делу не относятся. Надо немедленно начинать эвакуацию населения Флорины.
— Я подозревал, что вы об этом заговорите, — сдержанно произнес Файф.
— Простите меня, Юнц, — сказал Абель, — но это невозможно.
— Почему?
— Когда взорвется солнце Флорины?
— Не знаю. Судя по тому, как год назад нервничал Рик, довольно скоро.
— То есть точной даты вы назвать не можете?
— Разумеется, нет.
— А когда сможете?
— Сложно сказать. Даже если мы вернем записи Рика, потребуется еще все перепроверить.
— Можете ли вы сейчас гарантировать, что теория окажется верной?
— Лично я в этом абсолютно убежден, — Юнц нахмурился, — но ни один ученый не может навскидку гарантировать истинность какой-либо теории.
— Следовательно, вы требуете эвакуации Флорины, основываясь лишь на умозрительных заключениях?
— Думаю, население целой планеты — это не то, чем можно рисковать.
— Если бы Флорина была обыкновенной планетой, я бы с вами согласился. Но она обеспечивает кыртом всю галактику. Эвакуация невозможна.
— Вы что, сговорились с Файфом, пока меня не было? — сердито спросил Юнц.
— Давайте теперь я попробую кое-что вам объяснить, профессор, — сказал нобиль. — Правительство Сарка никогда не согласится на эвакуацию Флорины, даже если у МПБ будут железные доказательства истинности теории. И Трантор нас не заставит. Галактика может вступить в войну с Сарком, если ее цель — не допустить срывов поставок кырта, но никто не станет воевать за прекращение его производства.
— Все так, — кивнул Абель. — Нас в такой войне не поддержат.
Юнц почувствовал нарастающее в душе отвращение. Потребности экономики перевешивали ценность населения целой планеты!
