— Возможно, но все не так просто, есть совет расы Олит, он проводит политику действий целой цивилизации. А руководит советом расы Ютел, вот от него зависит многое. Если бы удалось его захватить, решились бы многие вопросы.
— Как это сделать? — спросила до сих пор молчавшая Альбина.
— Если бы я знал, как, то, наверное, уже давно бы сказал.
Вошёл Лос, он только что прибыл с причальной палубы, где осматривал звездолеты после учений. Оглядел присутствующих и спросил:
— Я пропустил что-то интересное, о чем разговор?
Сист ввёл его в курс дела, Лос задумчиво опустился в кресло и заговорил.
— Действительно, мы могли бы избежать многих жертв и разрушений, Ютел очень осторожен, разумен и фанатичен, — Сист посмотрел на него с удивлением. — Да, Сист, я это понял недавно, он манипулирует советом и расой Олит. Его корабль практически всегда в центре построения звездолетов Олит. А построение представляет собой колоссальную сферу. Так что пробиться к нему, даже при самом удачном развитии событий, не удастся. Но если бы это свершилось, то мы смогли бы избежать многих жертв. Как говорят люди такая задача мне «не по плечу»
— По плечу, не по плечу, нужно попробовать.
— Попробовать можно, Константин, в итоге мы только растревожим улей и раскроем себя и свои замыслы.
— Тут ты прав, Сист, наша сила в неожиданности. Ютел ждёт чего угодно, только не нападения.
— Возможно, наше преимущество в неожиданности, но ненужно недооценивать аналитических систем кораблей Олит. Они нас засекут задолго до появления. А понять, что мы не дружественная армия и пришли не помогать, разобраться не трудно.
— Стоп, стоп! — остановила Альбина обсуждение. — А как они нас засекут?
— Для этого есть специальные сканирующие системы обнаружения объектов в дальнем космосе.
— Это понятно, Лос, я неверно сформулировала вопрос: могут ли они на расстоянии распознать свой это корабль или чужой?
— Элементарно, код опознавания звездолетов Олит вмонтирован в ткань, или как у вас принято говорить, в обшивку звездолета. Поэтому сканер распознаёт его автоматически.
— Еще вопрос, скажи, Лос, код на каждом звездолете разный или одинаковый для всех звездолетов?
— Нет необходимости ставить разный, одинаковый сначала времён.
— А на наших звездолетах этот код опознавания «свой — чужой» стоит?
— О, я понял, куда ты клонишь, умно, да, на всех кораблях, которые создали вы и мы, стоят эти коды, и в случае приближения к звездолетам Олит, те получат сигнал, что это свои.
— Интересно, ты предлагаешь хитрость, нечто вроде троянского коня, внедриться во флот Олит и, пока разберутся что к чему, захватить Ютела?
— Я это не сказала, но думала именно об этом. Если получится, мы выиграем битву, не начиная её. Что вы думаете по поводу такого плана? — обратилась она к Лосу и Систу.
— Что думаем? Мы не обременены моралью, как вы, люди. Нас учили только в одном направлении — придать вселенной первозданный вид. То, что вы сейчас считаете предательством, мы с Лосом считаем точкой отсчета нового этапа в развитии цивилизации Олит. Главное, чтобы Олит не пострадали, какими средствами будет достигнута эта цель, не имеет значения, — Сист замолчал и обвёл взглядом собравшихся.
— Это мужественное и в высшей степени мудрое решение, за которое нам будут благодарны обе цивилизации. Поэтому не будем толочь воду в ступе, как у вас говорят, а приступим к разработке плана.
— Спасибо вам за готовность пойти на такой рискованный шаг, повторю, очень рискованный, в случае провала всех ждёт распыление на первочастицы. Поэтому предлагаю поискать другое решение, — Илья замолчал и, обведя всех взглядом, продолжил. — Олит, насколько я понял, боятся и не взаимодействуют с темной материей?
— Да это так, с материей селишь, так мы называем темную материю, Олит не взаимодействуют, она действует на нас разрушающе. Конечно, вы спросите, почему? Ответ и прост, и сложен одновременно: мы не смогли раскрыть природу этого феномена. Скажу больше, мы оперируем только четырьмя процентами вселенной, созданной из первочастиц. Остальные девяносто шесть — для нас загадка, при попытке изучить или вступить в контакт с этим объектом, наши структуры начинают распадаться.
— Значит, вы не всесильны?
Сист помолчал, потом ответил:
— Конечно, нет, но мы сильнее всего существующего в этих четырёх процентах. Что касается природы, селишь, то есть предположение, что это субстанция подчиняется другим законам и не вступает во взаимодействие с обычной материей. Возможно, когда-то в прошлом столкнулись две вселенные с разной физикой и материей, вот сейчас мы наблюдаем последствия этой катастрофы. Возможно, что эта материя просто другое измерение, но мы не смогли проникнуть в ее тайну и оставили все как есть.
— А как же мы существуем в океане темной энергии?
— Вот так и существуем, Илья, не взаимодействуя, но, тем не менее, темная энергия раздирает вселенную и, в конце концов, разорвёт все до последнего атома. Так может закончиться эволюция, у темной материи, которая обладает колоссальной гравитацией, не хватает сил, чтобы противостоять этому разбеганию.
