Это была Цирикс, сидящая передо мной на корточках и весело глядящая мне прямо в глаза. Костёр уже потух, и было довольно темно.
– Володя, извините, что я вас разбудила, – сказала Цирикс, – но если вы хотите заняться со мной сексом, то сейчас довольно удобная возможность.
– Эээ, – ответил я и потряс головой. Шея окоченела и плохо ворочалась.
– Да вы не волнуйтесь, – сказала она. – Всё когда-то бывает в первый раз.
– Я это, – сказал я. – Я лучше, пожалуй, воздержусь. Вдруг там у вас коротнёт ещё что-нибудь.
Цирикс рассмеялась.
– Ой, Володя, вы удивительный всё-таки кретин, – сказала она. – Нет, не обижайтесь, это же правда. Мне семьсот лет. Знаете, сколько у меня было мужчин? Пока ни разу не коротнуло, как вы выражаетесь. Зря вы отказываетесь, между прочим. Я много чего умею. Могу, кстати, менять свою ДНК прямо на ходу. Хотите, сделаю вот такие глаза?
Радужки её глаз стали красными, и от зрачков разбежались во все стороны оранжевые полоски.
– Или, если хотите – вот такие, – продолжила Цирикс, и её глаза на мгновение превратились в зелёные со зрачками в виде вертикальных щелей, а потом стали обычными, серыми, как у Тамары.
– Извините за вопрос, – я покраснел. – А у вас всё устроено как у обычных женщин?
– В общем, да, – ответила она. – Хотя я могу себя модифицировать как душе угодно. Но функционирует всё отлично, не сомневайтесь. Я уже знаете сколько детей нарожала за свою жизнь? Со счёту уже сбилась.
– Детей? – удивился я. – А где же они все?
– Да кто где, – ответила Цирикс. – Некоторых подбросила отцам, кого-то в приюты. Считаете, жестоко?
– Не мне вас судить, – сказал я.
– При моём образе жизни воспитывать детей нормально невозможно, к сожалению. Хотя, может быть, когда-то я и остановлю свой бег, чтобы создать нормальную семью. Может быть. Не знаю. Так как насчёт секса?
– Нет, – уверенно ответил я. – Извините.
– Ваше дело, – сказала Цирикс. – Собственно, я и сама не уверена, что этого хочу. Просто мне отчего-то стало вас жалко.
Я сел прямо и тупо уставился на угли бывшего костра.
– Может быть, просто посидим и поговорим? – предложил я. – Вот только костёр бы разжечь. Холодно.
Цирикс придвинулась к углям и протянула вперёд указательный палец левой руки. В кончике пальца раскрылось небольшое отверстие, и из него выстрелила струйка яркого оранжевого пламени. Угли вспыхнули, и от костра сразу повеяло теплом.
– Ох и ничего себе, – пробормотал я. – И вы ещё предлагали мне секс.
– Между прочим, – сказала Цирикс, – я считаю, что огнемёт – это вещь первой необходимости для любой женщины. Мне очень много раз пригождался. Так о чём вы хотели поговорить?
– Я бы хотел понять йокесов, – ответил я. – Чего вы хотите? Чего добиваетесь?
– Ну, вдаваться в какие-то подробности я бы не очень хотела, – Цирикс задумалась. – Но вот представьте себе, Володя, что вы можете всё. Чем бы вы занялись?
Я пожал плечами:
– Не знаю. Делал бы всякие добрые дела.
– Когда вы бы увидели, к чему это приводит, вам бы быстро это надоело, – покачала головой Цирикс. – Ну, то есть вы бы стали относиться к этому осторожнее. Добро творить нужно, это правда, но очень аккуратно и избирательно.
– Ну, тогда не знаю, – сдался я. – Может, просто бы дурака валял.
– Так вот йокесы по большей части этим и занимаются, – ответила Цирикс. – Стараясь не причинять серьёзного вреда и извлекать из этого по возможности пользу. Правда, приходится ещё думать о том, чтобы обезопасить себя, потому что нас многие не любят. Поэтому у нас везде разведчики, и мы стараемся держаться вместе. Если не вдаваться в подробности, то вот и всё.
– А откуда берутся йокесы? – спросил я.
– У всех это по-разному, – сказала Цирикс. – Некоторые с этим рождаются. Некоторые вдруг в середине жизни понимают, что они всё могут. А кто-то идёт к этому долго и мучительно, через страдания или самосовершенствование. У каждого свой путь.
– Везению можно обучиться? – усомнился я.
– Прецеденты были, – уклончиво ответила Цирикс.
Тут внезапно рассвело, так что я вынужден был зажмурить глаза от яркого света, а когда открыл их, то увидел, как из палатки на четвереньках выползает Вам Кого.
– Ага, – сказал он, поднимаясь на ноги. – Вот вы где, Володя. Я уж думал, вы сбежали или заблудились.
– Где же я мог тут заблудиться? – не понял я.
– Ну, вы это хорошо умеете, – ответил Вам Кого. – Впрочем, и девушек соблазнять, как я смотрю.
Вслед за Вам Кого вышел Сам Дурак.
– Доброе утро, – сказал он. – Если, конечно, это утро.
– Разумеется, – ответил Вам Кого. – Вон же, оба Солнца уже высоко.
Я только сейчас обратил внимание, что над нами висят и вправду два Солнца – одно чуть ярче, другое чуть крупнее.
– Эээ, – сказал я. – А откуда второе взялось?
– Ну как же! – воскликнул Вам Кого. – Когда ваша речка утекла, два мира же слиплись. И в каждом было по Солнцу.
– Обалдеть, – сказал я.
– Не понимаю, Володя, – хмуро заметил Конотоп, тоже выплывающий из палатки. – Как можно столько прожить в маразме и всё ещё чему-то удивляться?
