– Прямое. Просто в нашем мире процесс отображения подсознания на реальность довольно ограничен. Происходит это в основном из-за того, что сознание связано стереотипами, которые оно наследует от окружающего информационного поля. Субъект не может поверить в совершенно невероятные вещи, поэтому они не могут произойти. Постепенно эти стереотипы ломаются, и маразм становится всё ближе к идеальному.
– М-да, – сказал Вам Кого. – Жаль. А я-то думал, что твоя теория имеет практический смысл.
– Имеет, – сказал Конотоп. – Во-первых, сам процесс отображения никто не отменял, и многие закономерности всё же из неё следуют. А во-вторых, нам никто не мешает создать маразматическое пространство в полном смысле этого слова. Нужно только немного подправить параметры поля.
– Да? Как же?
– С помощью вот этой установки, – Конотоп махнул рукой в сторону М-осциллятора. – Стереотипы кроются на самом деле не в нас, а в информационном поле. То есть наше мышление также определяется не нами, а окружающим миром. Существуют параметры информационного поля, которые влияют на уровень стереотипов. Я называю главный из них степенью маразматичности, или просто силой маразма. Эта установка позволяет изменять степень маразматичности.
– Ты хочешь сказать, что можешь просто вот так создать здесь это своё маразматическое пространство?! – изумился Вам Кого.
– Теоретически. На самом деле – нет. Чтобы изменить параметры информационного поля, надо подключиться к нему не напрямую, а через субъекта, которому даны права администратора поля… И я, кажется, догадываюсь, как дать такие права, но мне от этого не легче.
– Почему?
Конотоп вздохнул и опустился в кресло.
– Вам Кого, чтобы продолжить работу, мне нужна Седьмая Плита.
Вам Кого закашлялся.
– М-да, Конотоп, ты замахнулся… Вряд ли тебе удастся подобраться к Плите. Впрочем, если тебе нужно использовать какой-то пароль Плиты, я могу помочь. Я же член Конгресса, у меня есть доступ…
– Нет, Вам Кого, дело не в паролях. То есть не только в них.
– Тогда это невозможно. К Плите имеет доступ только Председатель Конгресса.
– Я знаю. И ещё я знаю, что известно достаточно мало паролей Плит. Часть из них известна, но засекречена. Ты сам-то, Вам Кого, много паролей знаешь?
– Немного… Десять… Нет, девять…
– Как насчёт "Естрементеракориндо"?
Вам Кого вскочил.
– Как ты узнал?! Это строго секретный пароль. Я три года работал в Конгрессе, прежде чем услышал о нём.
– Всё очень просто, Вам Кого. Я изучал архивы. Сейчас это секретная информация, а десять веков назад она не была такой уж секретной. И в архиве нашёлся один манускрипт, где описываются многие функции Плит, причём не только пароли, но и кнопки, и даже консольные команды… Правда, всё в зашифрованном виде и довольно запутано. Из этого манускрипта я заключил, что Седьмую Плиту можно использовать для подключения к информационному полю. Там это, конечно, прямо не сказано, но я неплохо знаю протоязык, и… Короче, я понял, что мне нужны именно Плиты номер 7 и 17.
Вам Кого покачал головой.
– М-да… Надеюсь, Конотоп, ты никому не проговоришься. Ты хоть понимаешь, что означает Плита для нашей Империи?
– Да, теперь понимаю. Не беспокойся, я никому не скажу. Плита нужна мне чисто с научной точки зрения. Кстати, а как насчёт Семнадцатой Плиты?
– Она находится в свободном доступе. В хранилище заполнишь анкету, и тебя пустят к ней, если надо. А зачем она тебе? Она же не имеет никаких полезных функций.
– Так считается, – усмехнулся Конотоп, – но зачем нужно было создавать Плиту, которая не способна исполнять ни одной команды? На самом-то деле у неё есть одна полезная функция – инициализация параметров информационного поля, если я, конечно, правильно понял манускрипт.
– И что это значит?
– Не знаю, зачем этим пользовались в древности, но для меня это имеет смысл. С помощью Семнадцатой Плиты можно ликвидировать маразм.
В этот момент Кентел громко заорал: "Отечество в опасности!", и начал гоняться за каким-то насекомым с клавиатурой в руках.
– Ладно, – сказал Конотоп. – Что-то я, смотрю, чересчур тебя загрузил.
– Да уж, – подтвердил Вам Кого, вставая.
– Не хочешь побывать в маразме? В виртуальном, конечно.
– Что ж, я бы полюбопытствовал. Так для этого служит твоя М-камера?
– Да. Правда, предупреждаю – могут быть побочные эффекты.
– О, нет. Я виртуальными болезнями не болею.
– Ну, смотри…
Конотоп подвёл Вам Кого к М-камере. Мимо пронёсся Кентел с диким воплем.
– Я включу сначала стандартную степень маразматичности – один Рах, а потом, когда ты освоишься, скажи что-нибудь, и я подниму уровень до трёх Рахов.
Вам Кого сел в камеру.
– Здесь всё просто, – сказал Конотоп. – Звуки снаружи не проникают. Изображение проецируется на внутренние стенки. Осязание подавляется с помощью излучателя, который висит над твоей головой и воздействует на определённые участки мозга. То, что ты увидишь – декодированные образы твоего подсознания. Ну, поехали.
И он закрыл дверцу.
