— Ого! В нашем доме завёлся алкоголь? — запасливая и предусмотрительная у меня супруга. — Андрей?
Друг мотает головой. Потрясает, насколько я у него в авторитете. Это же он с меня пример берёт! Так что разливать приходится только Игорю и чуть-чуть Свете.
Завершается ужин опять же на балконе. Надо бы столик маленький там организовать. Откидной.
— Ты, Игорь, завтра отдыхаешь. Законный выходной. А ты, Андрей, после обеда на работу, у тебя законный полувыходной.
— Зачем?
— В понедельник утром выпускаем нашу птичку. «Симаргл». В пассажирском варианте. С ускорением в десять «же».
Вопрос «зачем» отпадает без вопросов. И у меня всё, пора гостей выпроваживать.
— Хорошо сидим, парни. Плохо, что мы сейчас цель очень соблазнительная. Одним снарядом могут сразу трёх ключевых руководителей вывести из строя.
— Пойду я, — Андрей как-то сразу чувствует себя крайне неуютно.
Игорь, посмеиваясь, идёт за ним. Идти им недалеко, в соседний дом. И живут в одной трёхкомнатной квартире. На втором этаже, окна в мою сторону. Комната — одному, комната — второму и общая гостиная. Света суёт им в дорогу небольшой свёрточек. Некому больше позаботиться об этих холостяках.
Платиновая блондинка с безупречно вылепленным и аристократически неподвижным лицом сидит в кресле пилота перед полосой приборов, над которыми нависают три монитора, нацеленных на неё.
— Госпожа пилот, откройте иллюминаторы, — раздаётся механический голос из динамика.
Девушка неторопливо протягивает левую руку к рычажку на приборной панели, сдвигает в положение «открыть». Повторяет процедуру с таким же рычажком с правой стороны.
Медленно сдвигаются броневые шторки по обеим сторонам, открывая изумительной красоты вид. Выпуклая линия горизонта, окутанная голубым туманным одеялом. Под ним –картографический рисунок морей, островов и длинного, от края и до края материка. На правой стороне — сплошной синий океан, над которым кусками ваты плывут разной величины облака. Чуть дальше — спираль-воронка циклона, разгоняющая облака и вытягивающая их в длинные закрученные полосы.
— Госпожа пилот, начинайте манёвр номер один согласно программе полёта, — продолжает механический голос.
Девушка-пилот с помощью тачпада выбирает и раскрывает директорию на левом мониторе. Подгоняет курсор на ярлычок на первом месте в списке файлов. Ждёт. Активирует ярлычок по окончании обратного отсчёта.
Доносится еле слышное дрожание включившихся двигателей, общий фон центрального монитора начинает меняться. Он тоже стал отображать вид планеты после открытия шторок, но только спереди. Сейчас линия горизонта уходит вниз, исчезает совсем. В боковых иллюминаторах горизонт «заползает» на левую сторону. «Симаргл» задрал нос и полез на более высокую орбиту.
Затем линии горизонтов во всех окнах выравниваются, но двигатели ещё работают, не позволяя ракете переходить на эллиптическую орбиту.
«Орбита стабилизирована! Начинайте поворот!» — в ответ на сообщение на главном экране девушка-пилот совершает ряд манипуляций.
На этот раз тоже управляет кораблём с помощью компьютера. Задаёт угол поворота и время работы маневровых двигателей. Пяти секунд достаточно. Снова включение, только в обратную сторону.
Слева иллюминатор заполняется «вставшей на дыбы Землёй», вид справа меняется на чёрное, усыпанное звёздами небо. Ракета продолжает полёт, огибая планету левым бортом.
— Вимана[1], я — Гефест, жду выхода на голосовую связь, приём, — оператор делает паузу и начинает снова:
— Вимана, я — Гефест…
— Гефест, я — Вимана, слушаю вас, приём.
Оператор отдаёт микрофон мне.
— Вимана, доклад! — параллельно смотрю на картинку с «Ока Саурона».
Ничего примечательного, длинное сигарообразное серебристое тело ракеты. Нос выглядывает из тела ракеты подобно жалу.
— Гефест, ни один параметр за время полёта не выходил в красную зону, — сообщает чарующий девичий голос. — Программа испытаний идёт по плану. Информационный пакет телеметрической информации сброшен. Приём.
Кидаю взгляд на оператора, тот кивает: информация получена.
— Вимана, я — Гефест. Приём информационного сообщения подтверждаю. Отбой связи.
— До встречи, Гефест, — Вимана прощается не по протоколу.
Садимся за расшифровку и распаковку полученной телеметрии.
— В кормовой части ракеты температура поднималась, — Андрей ищет, к чему бы придраться.
— Не от солнечного света? — выдвигаю гипотезу.
— Скорее всего. Больше не от чего.
— Радиация?
— Три и четыре микрозиверта в час, — покопавшись в данных, Андрей находит ответ.
— Это много?
— Раз в десять больше, чем в высокогорье на Земле, — паренёк, видимо, спец в этой области отвечает на вопросительный взгляд Андрея. — На высоте в четыре-пять километров. Для земных условий высокий уровень. Но раз в пять меньше, чем на МКС.
То, что меньше, это хорошо. А то, что больше — плохо.
