Космос полностью

Очень часто члены группы вместе поют одну песню. По некоему взаимному согласию части песни месяц за месяцем медленно и предсказуемо изменяются в ходе совместного творчества. Эти вокальные опусы весьма сложны. Если считать песню горбатого кита тоновым языком, то объем информации в ней составит около 10⁶ бит — примерно столько же содержится в «Илиаде» или «Одиссее». Нам неизвестно, о чем разговаривают или поют киты и их близкие родственники, дельфины. У них нет органов для манипулирования предметами,

398

они не создают инженерных конструкций, но они являются социальными созданиями. Они охотятся, плавают, ловят рыбу, путешествуют, веселятся, спариваются, играют, спасаются от хищников. У них найдется масса тем для обсуждения.

Основную опасность для китов представляют чужаки, выскочки, которые лишь недавно благодаря своей технологии освоились в океане, создания, называющие себя людьми. На протяжении 99,99 процента истории китов людей не встречалось ни в глубине, ни на поверхности океана. Все это время киты развивали свою превосходную систему звуковой коммуникации. Финвал, к примеру, издает невероятно громкие звуки на частоте двадцать герц, немного ниже нижней октавы фортепьянной клавиатуры. (Герц — это единица частоты, в случае звуковых колебаний — частота, при которой за одну секунду ваших ушей достигает одна звуковая волна, один гребень и одна впадина.) Столь низкочастотные звуки почти не поглощаются океаном. Американский биолог Роджер Пэйн вычислил, что, используя глубоководный акустический канал, два кита, где бы они ни находились, могут связываться друг с другом на частоте двадцать герц. Пусть один из них обретается у шельфового ледника Росса в Антарктике, а другой — возле Алеутских островов, это не помешает им установить связь. На протяжении большей части их истории у китов была налажена глобальная коммуникационная сеть. Возможно, издаваемые ими звуки — это любовные песни, с надеждой изливаемые в необъятные глубины океана теми, кого разделяют 15 000 километров.

Десятки миллионов лет эти громадные, умные, общительные создания эволюционировали, практически не имея естественных врагов. Затем с изобретением в XIX веке пароходов появился угрожающий источник

399

шумового загрязнения. По мере того как множились торговые и военные флоты, шумовой фон в океане, особенно на частоте около двадцати герц, становился все более заметным. Киты, устанавливающие связь на океанских просторах, должны были столкнуться с нарастающими трудностями. Расстояние, на котором они могли связываться друг с другом, постепенно сокращалось. Двести лет назад типичная дистанция, на которой финвалам удавалось слышать друг друга, составляла 10 000 километров. Сегодня она, вероятно, сократилась до нескольких сотен километров. Знают ли киты друг друга по именам? Могут ли они узнавать один другого по голосу? Мы изолировали китов друг от друга. Существа, которые общались на протяжении десятков миллионов лет, теперь по сути обречены на молчание*.

Но мы совершаем вещи и похуже: по сей день процветает торговля мертвыми телами китов**. Есть люди, которые охотятся на китов, забивают их и поставляют

* Существует интересная параллель к этой истории. Предпочтительный диапазон для межзвездной связи с другими техническими цивилизациями находится вблизи частоты 1,42 МГц, на которую приходится спектральная линия водорода, самого распространенного во Вселенной элемента. Мы сравнительно недавно пытаемся услышать на этой частоте сигналы искусственного происхождения. Однако в этот частотный диапазон все более активно вторгаются земные гражданские и военные коммуникации, причем далеко не в силу острой необходимости. Мы заглушаем межзвездный канал. Неконтролируемый рост земных радиотехнологий может привести к тому, что мы окажемся не готовы к связи с разумными существами с далеких планет. Их песни могут остаться без ответа, поскольку нам не хватает воли, чтобы ограничить собственный радиошум и слушать. — Авт.

** С 1986 г. промышленный китобойный промысел в мире запрещен Международной китобойной комиссией. В 1994 г. акватория Мирового океана, омывающая Антарктиду, была объявлена китовым заповедником. Правда, запрет допускает некоторые исключения. Одним из них — возможностью китобойного промысла в научных целях — активно пользуется Япония. Последняя в мире китобойная флотилия принадлежит одному из японских научно-исследовательских институтов. Природозащитные организации во всем мире протестуют против деятельности японских «китобоев-ученых»-, но пока безрезультатно. Япония вела промысел даже в заповедных антарктических водах. В России руководство и некоторые специалисты Государственного комитета по рыболовству нередко высказываются за возобновление промысла китов, ссылаясь на то, что популяции некоторых видов китов уже восстановили свою численность и уничтожение им не грозит. — Пер.

400