Это был Симус Финниган, четверокурсник-приятель Рона, из Гриффиндора. Он сидел возле палатки, тоже увитой клевером. Рядом – рыжеволосая женщина, должно быть, мать, и его лучший друг Дин Томас, тоже гриффиндорский студент.
– Рад вас видеть, – улыбнулся Константин. – за Ирландию болеете? – Да. А вы? – сразу же спросила женщина, окинув их компанию взглядом.
Все горячо заверили ее, что болеют за ее страну.
Вот вдали и показалась наконец колонка с водой.
– Интересно, что такое повесили болгары? – спросила Гермиона, нерешительно оглядываясь. – Давайте посмотрим, – Константин указал на россыпь палаток выше по склону, над которым на ветру развевался красно-зелено-белый болгарский флаг.
На этих палатках ни зелени, ни украшений, зато на каждой один и тот же плакат – суровое лицо с густыми черными бровями. Портрет был живой, но ограничился лишь тем, что хмурился и моргал.
– Виктор Крам! – изумленно произнес Константин, понимая все в момент. Его друг по отелю оказался не такой уж обычной фигурой. – Да, лучший ловец в мире, я так хочу его автограф! – Рон с восторгом глядел на знамя. Мальчик прикусил язык, борясь сказать что они с Крамом беседовали и занимались спортом на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга.
Блин, ради этого стоило потрудиться и узнать фамилии и имена игроков по квиддичу.
– Сердитый, – окинула она его портрет на множествах флагов, развевающихся перед и вокруг них. – Да он гений! Сама вечером увидишь!
Так они, изредка встречая знакомых и друзей по школе, добрались до места временного пребывания.
– Вас за смертью посылать, – пробурчал Джордж, когда они наконец вернулись к палаткам. – Встретили много знакомых, – отозвался Рон на это, ставя воду на землю. – А вы еще даже огонь не развели! – Отец спичками развлекается.
Мистер Уизли никак не мог разжечь костер, хотя очень старался. Земля вокруг была усыпана сломанными спичками, но более счастливым его никто никогда еще не видел.
– Оп! – воскликнул он, когда ему удалось-таки зажечь спичку, которую он тут же от удивления и выронил. – Позвольте мне, мистер Уизли, – мягко предложила Гермиона, взяла у него коробок и показала, как правильно зажигать.
Константин ржал после этой сцены не менее пяти минут.
Сосиски и яйца варились; к ним вскоре подошли Перси, Билл и Чарли Уизли. Почти вся семья, кроме миссис Уизли, была в сборе. Те принесли свою палатку вдобавок – их всех много: хоть палатки и магические, но места троим не хватало.
– Только что трансгрессировали, пап, – отрапортовал Перси. – А, как превосходно! Как раз к обеду!
Они уже наполовину опустошили тарелки, как вдруг мистер Уизли вскочил, улыбнулся и замахал рукой, приветствуя идущего к ним человека.
– Главное действующее лицо! – радостно возвестил он. – Привет, Людо!
Бэгмэн не показался Константину приятным на вид: больше всего его вид напоминал подростка-переростка. И он был прямо-таки какой-то весь фальшивый на вид.
– Эй, на палубе! – весело крикнул Бэгмен, источая радостное возбуждение. – Артур, старина! – приветствовал он мистера Уизли. – Что за денек, а? Что за денек! Лучшей погоды и желать нельзя! А там – тихая безоблачная ночь… Почти никаких заминок… Мне здесь и делать нечего!
У него за спиной промчались несколько взмыленных министерских волшебников, спешащих к горящему в отдалении магическому огню: искры от него летели на высоту метров десяти.
Константин хмыкнул на это, отвернувшись от компании.
Мистер Уизли представил всех.
– Константин Брагинский, ученик школы Хогвартс, но учится в Слизерине на одном курсе с Роном и Гермионой. – Российский поданный, – подавая руку для привета, произнес Константин. – О! Россия! Интересно... – бегающий взгляд Людо Константину резко не понравился. Но руку пожал. – Будете делать ставки? – Нет, – сразу же откликнулся Константи: его отец был против азартных игр, но пару раз в дурака играл с ним и Гилом. – Да, – хором сказали близнецы.
Пока близнецы и мистер Уизли, который колебался насчет ставки, беседовали и обсуждали предстоящую игру, подошел еще один волшебник из Министерства. Начальник Перси, мистер Крауч.
При нем Перси вытянулся в струнку и максимально постарался обслужить мага.
– Присядь с нами на травку! – Весельчак Людо Бэгмен похлопал по земле рядом с собой. Он жадно пил живительную влагу под названием чай. – Нет, Людо, спасибо, – в голосе Крауча звучало явное нетерпениею – я всюду тебя ищу. Болгары требуют, чтобы мы добавили еще двенадцать мест в верхней ложе. – Ааа...
И попытавшемуся было увильнуть от Крауча Бэгмену, пришлось идти вместе с ним – разруливать ситуацию насчет мест.
Солнце уже клонилось к своему закату, и напряжение и легкая дрожь, царившая в лагере, сгущались, как тучи перед грозой. Казалось, сам воздух задрожал, предвкушая великое событие. А когда мрак темным покровом опустился над лагерем, последние признаки не очень умелого маскарада исчезли. Министерство, похоже, смирилось с неизбежным, и неприкрытая магия повсюду била ключом.
