- Красиво поете, молодой человек, – обратился к нему слегка насмешливо Снейп, – может, объясните, что вы делаете на улице в такую рань?
- Я? Я всегда с утра бегаю, спортом занимаюсь, сэр, а что? – немного удивился Константин. – Здравствуйте, сэр, кстати.
- Спорт, значит... – Снейп выглядел очень задумчивым и оглядел его с ног до головы.
- А восходящее солнце напомнило мне о моей стране и об отце, профессор. – Спокойно произнес Константин.
- Скучаете, мистер Брагинский?
- Немного. Но я привыкну... Сэр. – Едва не забыл в конце прибавить он.
- Это замечательно, что вы занимаетесь спортом, а вам не холодно?
- Сэр... – Константин снисходительно посмотрел на него и у него непроизвольно улыбнулись губы, – там, где я рос, намного холоднее чем у вас.
- Верно, я немного забыл. – Протянул профессор. – Вы хорошо говорите на английском, почти без акцента, очень чисто.
- У меня есть крестный в Англии, сэр. Он подтянул меня по этому языку, профессор.
- Нам пора идти в замок, мистер Брагинский, не находите?
Константин сверился с наручными часами.
- Да, пожалуй пора, сэр. А то на завтрак и занятия можно опоздать...
- Найдете дорогу обратно, мистер Брагинский?
- Конечно найду, сэр. Спасибо. – Поблагодарил Константин.
Профессор поднял брови, но ничего не сказал ему. Он пошел вместе с ним по направлению к замку.
- Скажите-ка, мистер Брагинский... Ваш отец обучал вас? – профессор почти бесшумно скользил в своей черной мантии, а Константин так же бесшумно шел.
Он сразу понял, о чем пойдет речь.
- О, да, сэр. если вы про зелья. Но я знаю пока не все, я продолжаю учиться у него. Даже сейчас – и то он мне дал задание на учебный год.
С таким преподавателем нужно быть более-менее честным, это он понимал и чувствовал. Декан был явно очень умен, а еще его диплом – был вторым после отцовского.
- Замечательно.
Они с ним расстались у входа в Большой зал. Константин пошел в душ и переодеваться, а профессор – пошел завтракать.
Константин вошел в Большой зал полностью переодевшийся в форму факультета и отдохнувший. От пробежки он проснулся и был самым бодрым из всего факультета.
Раздумывая, где бы сесть, он увидел как Малфой невзначай подвинул пустой стул. Это был намек и Константин сел рядом с ним.
- Ты какой-то подозрительно бодрый, – немного с обидой проговорил Малфой, держа кофе в руке и отчаянно пытаясь скрыть зевок.
- Я по утрам бегаю и даже успел поговорить с нашим деканом. – Константин поймал его взгляд, направленый на него и кивнул параллельно заправляясь яичницей с беконом.
- О, ну и как он тебе?
- Неплохой. Но мне больше про него говорил мой отец...
Константину пришлось прерваться. В Большой зал с громким уханьем влетело не меньше сотни сов. Они начали кружить над столами, высматривая своих хозяев и роняя им на колени письма и посылки.
Он еще ничего не писал отцу, даже и не ждал появления Импера. Но...
Орел отделился из общей массы(совы, возмущенно ухнув, разлетелись перед ним) и сел на спинку стула. Он гордо проклокотал в две пасти и весь стол обратил на него внимание. Еще орел поиграл своим оперением, шумно забив крыльями.
Потом он прыгнул на руку Константину.
- Привет, красавец, – очень тихо произнес Константин по-русски и погладил его. – Скучал?
Орел издал низкий звук.
- Ну и хорошо. Лети!
Константин подбросил его и тот, красиво распрямив крылья, вылетел в окно.
- Какой красавец! – обратил внимание Малфой. – Твой?
- Да. Подарок отца на день рождение.
Староста шел вдоль стола и раздавал расписание. Оба парня уткнулись в него, изучая.
- У нас первым урок у декана. Пошли! – позвал Малфоя Константин. – Опаздывать нельзя!
Малфой спокойно захватил сумку и они вместе пошли искать нужный кабинет...
====== Глава 11. Снейп. Урок. ======
Иван открыл глаза и несколько минут просто спокойно полежал в постели. Его никто не разбудил, что иногда бывало когда в доме находился Константин.
Константин... Как он там, один-одинешенек? Скучает ли?
Отбросив все мрачные мысли, Иван встал с постели.
На кухне его встретил Гилберт Байльшмидт с чашкой кофе в руке. От свежесваренного кофе по кухне плыл чудесный аромат. Едва он было потянулся к наполненной чашке, как Гил резко отодвинул ее от него.
- Я только что с трудом сварил его! Сам вари! – Гилберт с обиженным видом развернул перед Иваном, полностью огородившись от него, свежую газету.
Иван вздохнул, но Гилберт был прав: с таким характером как у него, кофе вечно “убегал”. И варить кофе Гилберт категорически отказывался с одним но: только если ему самому этого сильно хотелось. Терпения ему вечно не хватало...
- Но Гил...
- Вари сам!
Иван вздохнул второй раз. Пришлось встать со стула и взять в руки турку.
Иван замешкался и хотел попросить пруссака передать ему что-то, но неожиданно из груди вырвалось:
- Константин, передай...
И Иван резко остановился. Пруссия поднял голову и вгляделся в ставшие грустными фиолетовые глаза.
- Скучаешь, Иван Брагинский, скучаешь, ксе-ксе-ксе. – Издал смешок Великий.
- Да, Гил. Скучаю по нему. Привык я... О ком-то заботится. – Смущенно улыбнулся Иван.
- Чем будешь заниматься? – спросил Гилберт наконец отложив газету.
