– Нет, дорогая, сегодня у меня не хватит духу мучить тебя нашими хозяйственными делами. Нам с мессиром Рашем придётся срочно прикинуть смету на этот бал, – и хихикнула. – Вот только бала нам сейчас и не хватало! Он совершенно некстати. Но я не могу придумать более умный способ показаться всему свету и всем гражданам сразу.
– Бал – очень разумно, государыня, – сказал Раш. – И с точки зрения чувств – тоже. Мы будем веселиться, наша государыня решила потанцевать – и пусть враги себе хоть ногти на ногах обгрызут.
– Вы меня успокоили, дорогой герцог, – сказала Вильма удовлетворённо. – Ну что ж, попробуем найти несколько свободных грошей на эти танцы.
И мы с Ольгером оставили их искать гроши, а сами спустились в каземат.
А в каземате, в нашем главном зале, меня встретили Валор, которого я собиралась тут увидеть, и Ирдинг, которого я увидеть ну никак не собиралась. Ирдинг! В его пижонском костюмчике модного песочного цвета – и с усиками, напомаженными «шильцем»! Рядом с нашим рабочим зеркалом и стеллажом, на котором стоит целая куча Ольгеровых склянок, пара старых чистых черепов лежит про запас – ну и прочее барахло.
И при этом Ирдинг совершенно не выглядел как всегда. То есть вид у него сосредоточенный и взгляд цепкий – и на салонного озабоченного балбеса он больше не похож. Будто маску поменял.
Валор, конечно, заметил, что у меня до пола отвисла челюсть, – и сказал:
– У мессира Ирдинга всё не было времени вам подобающе представиться, деточка. Внешняя разведка – нервная работа, она забирает слишком много сил. Но так просто не может больше продолжаться, верно?
– Ну да, – сказала я. – У вас, мессир Ирдинг, верно, какие-то новости для нас? Которые надо принять к сведению?
– Много новостей, дорогая леди, – сказал Ирдинг. – Но тут мне понадобится ваша помощь, граф.
– Ага, – сказал Ольгер и достал свой флакончик эликсира для зеркального телеграфа. – Вот смотрите, леди: наш стандартный ключик – и новый значок зова. Первый – и второй.
И махнул широким жестом, во всё наше стенное зеркало, которое для вампиров.
Поверхность зеркала стала тёмной и глубокой – но и только.
– Где ж новости? – удивилась я.
– Простите, леди Карла, – сказал Ирдинг. – Им, с той стороны, видно, хочется подойти к хорошему, большому зеркалу.
– Ну, подождём, – хмыкнула я и принялась наблюдать, как Ольгер Тяпку гладит.
Как-то всё это было нелепо.
– Наверное, мне бы следовало вам рассказать, – выдал Ирдинг. – Но я подумал: пусть лучше вы посмотрите своими глазами. С мессиром Ольгером это вышло хорошо.
– У меня особый случай, леди, – сказал Ольгер. – Я сам сказал: мне рассказывать не надо, вы, мессир, не специалист, вы всё перепутали. Алхимия любит точность. Мне нужны формулы, а не красочные истории о том, какие это удивительные возможности.
– Тебе показали формулы в зеркало? – удивилась я. – А кто?
– А вот об этом и речь, – ухмыльнулся Ольгер. – Это, леди, и есть наши новости.
Тут в зеркале посветлело: подошли, значит, к большому и хорошему наши собеседники. И я их увидела.
Молодого аристократа, статного парня – с шикарной чёлкой, как в последнее время стало модно у перелесских бездельников и наших, которые пытаются им подражать, завитого в девичьи локоны, в золотистого цвета сюртуке с иголочки и с бриллиантовой булавкой в модном галстуке. А рядом с ним – совершенно сказочное существо.
Карликов-то я видела. И горбунов я видела – того же Байра. Но Мелкий Флик был просто карлик, ну меленького роста – это даже на клеймо не тянуло, а Байр просто горбат, это, конечно, выглядит клеймом, но… Он – горбатый человек, а не какая-то странная нечисть.
А вот этот – он был странная нечисть.
Дар чувствовал его даже через зеркало: меня в жар кинуло. Жуткий мужик впрямь: ростом в половину аристократа, с острым горбом выше головы, старый, как смертный грех, с седыми патлами вокруг сморщенного тёмного лица, нос – как смятый носок туфли, и глаза – как у филина. В общем, наш человек.
Почему-то у них там, в лесах, случаются такие странные вещи – ну вот как с тем же Ольгером. Такое чувство, что там у них бывали некромантки, которые заводили шашни с лесной нечистью, – и плоды этого дела периодически проявлялись в новых поколениях.
Они оба мне поклонились, причём карлик даже шаркнул ножкой. Обалдеть вообще…
– Мессир Гурд Краснопольский, – отрекомендовал молодого Ирдинг.
– Перелесец? – удивилась я.
– И мэтр Тарин Темноборский, – кивнул Ирдинг. – Господа – оба перелесцы. И это мои люди, леди. Можете им доверять вполне.
– Я присягал государыне Виллемине, – сказал Гурд. – А Тарин присягал ей заочно. Леди Карла, скажите: как здоровье государыни? В Перелесье ходят чудовищные слухи.
– Государыня пребывает в искусственном теле, – сказал Валор. – Как я… хотя тело государыни много совершеннее. Она привыкает – и мне представляется, что чувствует себя недурно.
– Да всё уже хорошо, – сказала я. – Государыня назначила большой танцевальный вечер на Дора и Далерию, только что мы об этом разговаривали. Говорите о важном, мессир Гурд, да быстрее, пока зеркало держит эликсир.
Гурд облегчённо вздохнул.
