Ланс положил ладони на кровать и подтянул свое тело к ее изголовью. Его лицо тотчас же исказила гримаса боли.
– Тебе надо принять лекарство. – Взяв подушку, Морган подложила ее за спину Ланса. А когда он скорчил недовольную мину, добавила: – Помнишь, что сказал врач? Если ты не будешь принимать лекарства, ты не сможешь глубоко дышать, из-за чего грозит развиться пневмония.
– Слушаюсь, мэм. – Ланс опустился на подушку и, оказавшись снова в неподвижном положении, расслабился.
У Морган у самой было множество синяков. Но от одного того, что она была жива и находилась рядом с Лансом, она испытывала необыкновенное облегчение и легкость. Потому что каждый раз, когда она думала о том, что
Морган открыла пузырек с лекарством и положила в руку Ланса две таблетки. Потом подала ему стакан воды, стоявший на прикроватной тумбочке. И переставила все лекарства на самый верх его шкафчика для домашней аптечки – подальше от детей. Сдвинув в сторону простынь и одеяло, она проверила повязку на икре Ланса. Он был в одних семейных трусах. За ночь многие синяки почернели. Темные, гадкие пятна покрывали весь его торс и конечности, как разводы на камуфляжной форме. Их огромное количество наглядно показывало, каких усилий стоила Лансу борьба за их спасение.
Дверь в спальню распахнулась, и внутрь проскользнул Шарп с зеленым коктейлем в руке:
– Как ты?
– А как насчет хотя бы недолгого уединения? – Прикрыв ноги простыней, Ланс снова натянул ее на себя до пояса.
Шарп закатил глаза, подошел к его кровати и поставил свой коктейль на тумбочку.
– Тебе необходимы нутриенты.
– Я только что проснулся, – пробурчал Ланс.
– Я и для тебя завтрак приготовил, – пронзил Морган недвусмысленным взглядом Шарп. – Не смей даже прикасаться к тем пончикам, что я увидел на кухне. Состояние у тебя, конечно, получше, чем у Ланса, но твое тело тоже нуждается в ремонте.
Морган вздохнула. Она так мечтала о том пончике и целом чане с кофе!
– Как ваша рука? – поинтересовалась она у Шарпа.
– Спасибо, уже идет на поправку. – Шарп подал Лансу коктейль, сопроводив его коротким спичем о пользе витаминов, аминокислот, протеина и противовоспалительных компонентов.
– Я вам верю. И уже пью. – Ланс взял коктейль и сделал большой глоток. – А что с вашим пальцем?
Шарп показал на бинт:
– Я повез сегодня утром эту маленькую собачонку к ветеринару. А она меня укусила. Ветеринар предположил, что она ненавидит мужчин.
– Ничего себе! – охнула Морган. – Похоже, в этом немалая заслуга Уоррена Фокса.
– Кстати об Уоррене, – сказал Шарп. – С ним все в порядке. Он просто был в стельку пьян, когда вы постучались в его дверь. Он заехал на своей тачке в канаву в полмиле от дома и прихромал в берлогу зализывать раны.
– Ну, хоть он не мертв, – заметила Морган. – А что мы будем делать с этой собачкой? Я не могу взять к себе собаку, которая кусается. У меня трое детей. – Но она бы никогда не отдала собаку в приют для бездомных животных.
– Не беспокойся, я уже подыскал ей дом. Я отвез ее к Натали Лид. Услышав, что собака бездомная и ненавидит мужчин, Натали только довольно хмыкнула. Она тоже сейчас ненавидит мужчин. Так что у них любовь с первого взгляда, – ухмыльнулся Шарп. – А, да! Знаете, что скрывал Стэн Адамс? Ни за что не догадаетесь! Игровую зависимость!
– Как вы узнали? – поднял бокал Ланс.
– Сегодня утром его арестовали, – пояснил Шарп. – Та проблема у него на фирме была не просьбой клиента. У них стали пропадать деньги. Стэн одалживал деньги у своей фирмы, чтобы расплачиваться с долгами. Понятное дело, его партнер возбудил против него следствие.
– Хотел бы я знать, как давно Стэн пристрастился к азартным играм. И какое отношение это имеет к его отказу сообщить полиции, где он был в тот вечер, когда пропал мой отец, – допил Ланс коктейль.
Шарп пожал плечами:
– Не сомневаюсь, что теперь он затребует себе адвоката.
Понаблюдав, как Шарп суетится возле Ланса, Морган повернулась к двери:
– Пойду принесу тебе пакет со льдом.
Мимо проскочила Софи. Морган попыталась ее схватить, но девочка была очень шустрой и верткой. Она с разбегу приземлилась на постели Ланса. И хотя она даже не прикоснулась к нему, но матрас под ними покачнулся. Лицо Ланса побледнело.
Морган поспешила к кровати, протянула руку к Софи, но Ланс помотал головой:
– Я ее утихомирю.
Он отставил бокал из-под коктейля, взял девочку руками за талию и заставил ее сидеть без движения.
При взгляде на его грудь в синяках глаза Софи округлились.
– Выглядит хуже, чем есть на самом деле, – сказал Ланс.
– Выглядит так, словно ты весь поранен. – Софи нагнулась и чмокнула самый темный и самый большой синяк на ребрах Ланса.
Стоило девочке прикоснуться губами к его коже над сломанными ребрами, и лицо парня стало еще белее; глаза как будто захотели закатиться под черепной свод. Софи отпрянула и, поерзав, скрестила под собой ножки.
– Дорогая, – вмешалась Морган. – Лансу нужен покой. Не…
Ланс поднял руку. Несмотря на то, что лицо у парня сделалось уже серым, его глаза увлажнились.
