– Только не тот, что лежит на тележке в коридоре! – заорал Ланс медсестре, метнувшейся к двери. Он стоял и смотрел – беспомощный, как работали медики. Матери за их телами ему видно не было.
– Не выбрасывайте этот пакет, – велел Ланс медсестре, снявшей его с крючка капельницы. – Он может оказаться уликой.
Медсестра отложила пакет в сторону.
Другая медсестра впрыснула Дженни через катетер налоксон. Также известный под названием «наркан», этот препарат блокирует действие опиоидов и купирует передозировку. Когда Ланс был патрульным, он всегда возил его с собой в машине. Героиновая зависимость и случаи передозировки резко возросли за последнее десятилетие. Наркан действовал быстро и безотказно, приводя взрослого наркомана в чувство практически мгновенно.
Только бы он не ошибся!
В противном случае наркан не окажет никакого влияния на ее состояние. Оно будет и дальше ухудшаться, а они только потеряют время.
Стук сердца начал отдаваться у Ланса в ушах. По спине снова закапал пот, а кулаки стали липкими. Внутри все свилось в тугой, напряженный комок. И уже в следующий миг Ланса одеялом оплел холод. Как будто интуитивно он уж начал готовиться к худшему.
Пожалуйста…
Ланс настолько онемел и сосредоточился, что даже не увидел в коридоре Морган и Ханну.
– Что случилось? – схватила его за руку Морган.
Ланс не ответил – он не мог оторвать глаз от кардиомонитора.
Тук-тук.
– Пульс стабилизировался, – констатировал врач. – Частота сердечных сокращений увеличивается.
Реаниматологи дружно выдохнули. Через десять минут пульс и давление Дженни вернулись к нормальным значениям.
Ланс выпустил воздух, который все это время удерживал в легких.
Рука Морган обвила его талию:
– Ты в порядке?
– Да. – Ланс коснулся лица; оно было мокрым. Он отер его своими ладонями.
– Давай выйдем из палаты. – Морган вытащила его в коридор. – Что произошло?
Ланс объяснил.
– Я ни на секунду не оставляла вашу маму, даже за кофе не выходила, – сказала Ханна. – А еду мне приносили медсестры. Кроме них и врачей в палату никто не заходил. И лекарства приносила медсестра. – Глаза Ханны сузились. – Я следила.
– Должно быть, дело в физрастворе, – втянул воздух Ланс, и его легкие затрепетали. Он чувствовал себя так, словно за последние пятнадцать минут прожил целых три дня. – Убийца отравил пакеты в коридоре. Мне нужно позвонить Стелле или Броуди. – Ланс заглянул сквозь стеклянную стенку в палату. Врачи и медсестры все еще окружали его мать.
– Я позвоню Броуди, – сказала Ханна. Прижав телефон к уху, она отошла в сторону.
Из палаты выскользнул врач:
– Ее состояние стабилизировалось.
– Какие последствия могут быть от этого у мамы? – спросил его Ланс. Над Дженни и без того висела угроза повреждения внутренних органов.
– Сейчас сказать сложно, – стянул перчатки врач. – Ума не приложу, как такое могло случиться…
Мимо, закрыв лицо рукой, прошла женщина. Не переставая рыдать, она вошла в соседнюю палату.
– А другой тревожный вызов до этого был? – спросил Ланс.
Врач проследил за его взглядом.
– Да, незадолго до случая с вашей мамой. Но он долго болел. Лежал у нас несколько недель. Его смерть была ожидаемой.
– Но тревожные вызовы создают в отделении хаос, – заметил Ланс.
– Увы, – буркнул врач, отвернувшись лицом к Дженни. – Извините. – Он вошел в палату и снова проверил на мониторах ее жизненные показатели.
Лицо Морган нахмурилось:
– Тревожный вызов всегда отвлекает внимание.
– Им надо проверить покойного на содержание опиоидов в крови, – произнес Ланс. – Вдруг ему кто-то помог умереть.
Вернулась Ханна:
– Стелла выехала сюда вместе с Броуди. Они собираются затребовать полицейского охранника для вашей мамы.
Но физраствор был испорчен еще до того, как попал в палату Дженни. Убийца удушал, вешал, застреливал и отравлял. Он использовал все средства и методы, чтобы достичь своей цели.
– Я позвоню Шарпу и расскажу ему, что произошло, – сказала Морган и, по примеру Ханны, пошла по коридору.
Ланс застыл. Откуда ему знать, через сколько времени придет в сознание мать? И сможет ли она опознать своего отравителя? Вдруг ее мозг окажется поврежден слишком сильно… Ланс отогнал от себя эти мысли. Не сейчас. Ночью. А сейчас он должен обезопасить ее жизнь.
Прибыли Стелла и Броуди и начали расследование. Ланс вкратце пересказал им происшедшее. Пока он описывал им события вечера, его оцепенение рассеялась, как тень от луны, уступив место гневу – такому же яркому и чистому, как зимнее солнце.
Он найдет того, кто это сделал!
Возможно, этот же человек убил и его отца. А, может, и нет. Но в одном Ланс был уверен: тот, кто пытался убить его мать, знает ответы на все его вопросы.
– Патрульный офицер сейчас привезет полевой тест на наркотики, – сказала Стелла. – Через несколько минут мы сможем тебе сказать, был ли отравлен пакет с физраствором.
