Кости сердца полностью

От злости бью по мячу сильнее, чем собиралась. К счастью, он приземляется в поле, прямо на линию.

Этого я и боялась. Чем больше времени я провожу с Самсоном, тем лучше его узнаю. Рано или поздно мне могут открыться не самые приятные его черты. Ревнивцев, к примеру, я терпеть не могу.

После короткого розыгрыша еще разок кошусь на балкон. Самсона там по-прежнему нет.

Я вкладываю в игру весь свой гнев и силы. Высоко прыгаю за мячом, падаю на колени и так – три раза, прежде чем Джо успевает снова притронуться к мячу. Чувствую, к концу игры лицо у меня будет красное, как помидор.

Мы забиваем очко и сравниваем счет: 4:4. Джо подбегает и дает мне пять.

– Похоже, у меня появился шанс на первую в жизни победу!

Я смеюсь, но улыбка тут же меркнет, когда на лестнице я замечаю Самсона. Не дай бог подойдет и устроит сцену – ох, как я разозлюсь…

Он в самом деле идет. Идет сюда.

И в руках у него… стул.

– Мяч! – вопит Джо.

Поднимаю голову: мяч летит совсем рядом, однако мне до него не дотянуться. Все же пытаясь его спасти, я падаю на землю и набираю полный рот песка. Увы, моих усилий хватает лишь на неуклюжее касание.

– Вставай, Бейя! – доносится крик Самсона.

Я вскакиваю и бросаю взгляд в его сторону. Он подходит к нам со стулом в руках, ставит его на песок рядом с Пи Джеем, футах в пяти от сетки, садится и сдвигает очки на голову. Затем складывает ладони в рупор и кричит:

– Вперед, Бейя!

Что он творит?!

На сей раз мяч летит к Джо, и тот наконец выполняет прекрасную передачу вдоль сетки, как мне и нужно. Ребятам ведь невдомек, что в команде я была лучшей диагональной.

Я атакую аккурат между Тофером и Уолкером. Когда мяч ударяет в песок и мы получаем очко, Самсон вскакивает со стула.

– Да! – вопит он. – Так держать, Бейя!

От удивления я замираю на месте, разинув рот. Наконец-то до меня дошло: Самсон вспомнил, что никто никогда не приходил на мои игры.

И пришел за меня поболеть.

– Это кто вообще? – спрашивает Джо, косясь на Самсона.

Тот уже залез на стул и громко скандирует:

– Бейя! Бейя!

Пожалуй, это самое забавное зрелище из всех, что мне доводилось видеть. Один-единственный болельщик на воображаемых трибунах вопит во все горло слова поддержки для девушки, за которую никогда не болели.

Трогательно. Просто до слез.

Тофер подает мяч. Понятия не имею как, но я все же отбиваю его, хотя глаза у меня на мокром месте.

Чертовы эмоции. Да-да, это тоже спишем на противозачаточные.

Самсон всю игру так и орет. Ребята вряд ли этому рады, зато с моего лица не сходит улыбка. По-моему, я за всю жизнь столько не улыбалась. Я улыбаюсь, когда падаю, когда зарабатываю очко и даже когда из легких вышибает весь воздух. Улыбаюсь, потому что никогда не получала такого удовольствия от волейбола. Улыбаюсь, потому что Самсон помог мне понять, как мне этого не хватало. Сегодня же куплю волейбольный мяч. Пора возвращаться к тренировкам.

Играю-то я нормально – в отличие от Джо. Тот выкладывается изо всех сил, но поделать ничего не может: вся игра, по сути, на мне. В какой-то момент он не выдерживает, отходит в сторонку, чтобы отдышаться, и я играю за двоих.

И вот конец близок. Я каким-то чудом опережаю противника на одно очко. Если удастся заработать еще одно, победа у меня в кармане.

Самсон умолкает, когда я в последний раз поднимаю мяч для подачи. Он внимательно смотрит на меня: сразу видно, что искренне болеет. Ничего особенного он не делает, только улыбается, поднимает большие пальцы – и все, этого мне достаточно. Резко втянув воздух, я подаю мяч и молюсь, чтобы он упал на песок по другую сторону сетки.

Подача укороченная. Тофер и Уолкер все равно пытаются нырнуть за мячом, но я-то знаю, что им его не достать. ДА! Мяч ударяется о песок, а Самсон прямо-таки взлетает над стулом.

– Победа!

От потрясения я замираю на месте.

Победа. Моя победа. Следовало бы сказать «наша», но Джо почти ничего для нее не сделал. Даю ему пять, пожимаю руки остальным парням.

– Отличная игра, – говорит Тофер. – Еще?

Я бросаю взгляд на Самсона и качаю головой.

– Не сегодня. Если завтра захотите снова сыграть, обращайтесь.

Машу им на прощание и подбегаю к Самсону. Он встречает меня широченной улыбкой. Я обвиваю руками его шею, а он приподнимает меня над землей и кружит. А когда ставит обратно, то руки с талии не убирает.

– Ты просто герой, черт побери! – восклицает он, стирая песок с моего лица. – Чумазый герой.

Я смеюсь, а Самсон привлекает меня к себе и, прижавшись щекой к виску, крепко стискивает в объятиях.

До нас как-то одновременно доходит, что произошло. Все его тело в нерешительности замирает, словно не зная, что делать дальше – отпустить меня или обнять покрепче.

Я стою, пряча лицо у него на груди.

Потом убираю руки с шеи Самсона и обнимаю его за талию. Закрываю глаза, наслаждаясь нашей близостью.

Когда он сжимает меня еще сильней, с его губ срывается вздох. Погладив меня по спине, он чуть меняет позу, чтобы прижать меня к себе еще крепче.